Управление гневом: будет ли толк от принудительной реабилитации лиц, совершивших бытовое насилие?

Бытовое насилие в нашей стране, как и во всем мире, одна из самых болезненных проблем. Бороться с ним нелегко, но необходимо,  и эта борьба должна быть комплексной.  Жертвы нуждаются в реабилитации для того, чтобы оставить весь произошедший с ним кошмар в прошлом и жить нормальной жизнью. Но не менее важно работать и с агрессорами, так как иначе они продолжат поступать так, как поступали.

В нашей стране Госкомитетом по проблемам семьи, женщин и детей разработан Национальный план действий по предотвращению бытового насилия, согласно которому лица, совершившие такое насилие, могут быть привлечены к принудительной реабилитации. Но для этого нужно будет внести ряд поправок в отечественное законодательство.

Сотрудник правового отдела Госкомитета Турал Гусейнзаде рассказал Sputnik Азербайджан о том, что надо работать не только с пострадавшими, но и с виновниками. Это поможет предотвратить такие инциденты в будущем.

В Госкомитете намерены подготовить специалистов, которые будут выявлять детские травмы, которые побудили человека поднять руку или систематически терроризировать членов своей семьи.

Психолог Эльдар Хагверди рассказал # о том, что такая практика имеет место в некоторых странах. По его словам, реабилитация должна применяться к тем, кто применяет насилие под воздействием наркотиков, алкоголя. Для этого существуют специальные программы.

Он подчеркнул, что человек не изменится, пока сам этого не захочет, и определенный процент вернется к тому, что было, но кто-то втянется в процесс реабилитации и это приведет к положительным результатам.

«Важно максимально уменьшить тот вред, который он может нанести окружающим, да и самому себе. Скажем, если речь о наркомане, то может применяться заместительная терапия», – сказал психолог.

Говоря о работе с агрессорами, не имеющими зависимости, он отметил, что причина агрессии может быть в окружающей среде, которая культивирует насилие, или в котором имеет место гендерная дискриминация. В этом случае речь идет не об агрессии психопата, а о правилах поведения, которые диктует ему окружение.

«Например, есть семьи, в которых считают, что женщина не имеет права поздно приходить домой, выходить из дома без разрешения, и если она это сделает, то мужская часть семьи — муж, отец или брат, могут применить по отношению к ней физическое насилие. Нужно работать с такими людьми, чтобы они изменили свое отношение, чтобы поняли недопустимость такого поведения. В таких случаях речь не о реабилитации, а именно о коррекции поведения», – говорит Хагверди.

В работе с агрессорами, по его словам, должны принимать участие социальные работники, психологи, а также психиатры, ведь нет гарантии, что их поведение не вызвано психическими расстройствами.

Глава правозащитного центра Азербайджана  (ПЦА) Эльдар Зейналов сказал в беседе с  #, что без знания конкретики о планируемой реабилитации бытовых насильников трудно сказать, насколько эти планы продуманны и реалистичны. Но, отметил он, надо учитывать, что человек, виновный в бытовом насилии — не обязательно психически больной, неадекватный человек и садист, хотя он ведет себя предосудительно и даже преступно. Истоки проблемы бытового насилия часто коренятся в традициях, расставляющих акценты в семейных отношениях с позиций гендерного неравноправия. Несмотря на борьбу с т. н. «пережитками прошлого» в советское время, они затаились и выжили, говорит правозащитник.

Он отметил, что приезжая в столицу из регионов, некоторые ведут себя тут разнузданно, как не позволили бы себе в сельской местности. А в созданной в городе семье пытаются воссоздать «Домострой».

По убеждению правозащитника, неправильно воспитанным людям можно что-то попробовать объяснить, особенно, если они находятся в заключении. Но только в том случае, если власти однозначно осудят те «домостроевские» традиции, которые ведут к домашнему насилию. А с этим, как показывает судебная практика по делам о домашнем насилии, пока проблемы: до суда доходит незначительное количество дел.

«Так, в 2017 году было зарегистрировано 1225 дел, связанных с домашним насилием, причем лишь в 6% случаев преступники были в состоянии алкогольного или наркотического опьянения. В остальных 94% случаев они были в здравом уме, и в 48 случаях дело закончилось убийством. Только в 1 из 430 случаев самоубийств, власти посчитали его связанным с домашним насилием», – отмечает Зейналов.

На весь 10-миллионный Азербайджан, таким образом, фиксируются всего 3-4 случая домашнего насилия в день. Все это, как подчеркивает правозащитник, свидетельствует о примиренческом отношении властей к домашнему насилию. Боясь испортить свой имидж высоким числом раскрытых случаев домашнего насилия, правоохранительные органы занижают эти показатели, не регистрируя заявления потерпевших.

Такое реальное положение дел вряд ли будет стимулировать домашних насильников к серьезному восприятию тех лекций и нравоучений, которые им будут читать.

«Преступники должны знать, что их поведение — это не благородное следование адатам дедов и прадедов, а преступная дикость, которая неизбежно будет наказана. Тяжесть наказания, – подчеркивает эксперт, – в данном случае не так важна, как его неотвратимость. Практика показывает, что если преступник верит в свою практическую безнаказанность, то его не испугает даже возможный смертный приговор».

 

| 2020-06-30T13:57:41+04:00 30 июня 2020, 15:10|12345 (Пока оценок нет)
|