Но во всем этом есть своя ложка дегтя. Милан, затем Париж. Оптимизм хлещет со стороны Запада, что никак не может нравиться Москве, которая является основным актором в карабахской драме.

С позиций, расположенных в селе Довех и на безымянных высотах на территории Ноемберянского района.

Естественно, Азербайджан должен дать понять, что оставляет за собой право и на силовые действия. Так, если сами организаторы не отменят турнир, то ко времени его проведения  придется создать такую ситуацию, чтобы  его участники отказались от приезда из соображений «безопасности».

Одним из существенных недостатков человеческой натуры является неистребимое стремление искать соринку в чужом глазу, не замечая бревна в своем. Особенно это не лучшее качество выпячивается, когда собственно соринки как таковой и нет, зато бревен более, чем достаточно, хоть плот сооружай. И если среди простых смертных подобный уклад жизни вызывает лишь раздражение, может стать причиной ссоры,…

Да будет известно Казимирову, что Баку неоднократно говорил о предоставлении широкой автономии Нагорному Карабаху в пределах Азербайджана. О каких еще уступках может идти речь? Судя по всему, по мнению Казимирова, уступками с азербайджанской стороны является признание «нкр». То есть, сделать то, чего не сделала даже Армения.

По его словам, Саакян, за которым стоит «карабахский клан», заинтересован быть «независимым» от действующей власти Пашиняна.

Одним словом, даже поверхностный, беглый анализ событий показывает, что Баку во многих плоскостях имеет существенное преимущество по сравнению с Ереваном.

Из всего этого ясно одно: ни одна из этих стран не желает справедливого мирного урегулирования карабахского конфликта. У Баку остается один выход: освободить свои территории военным путем. Тем более, что эта мера не входит вразрез с международными нормами права.

Усиление военного присутствия США в Грузии ставит под их контроль проходящие через территорию этой страны азербайджанские энергетические коммуникации.

Белорусские проблемы Армении, перепалка между Пашиняном и Лукашенко, заявления МИД обеих сторон углубляющие конфликт, ставят перед Москвой весьма сложную дилемму.