Данное интервью яляется продолжением цикла интервью # с политологом Айтан Гахрамановой (PhD) о Плане Великой Перезагрузки – комплексе процессов по переустройству общественно-экономической формации, которые происходят в мире; о том как эти процессы затронут геополитические и общественно-экономические метамарфозы в следующие 10-15 лет. С предыдущими беседами можно ознакомиться здесь (Часть 1 https://zerkalo.az/pandemiyu-ispolzovali-v-kachestve-okna-vozmozhnostej-dlya-inaguratsii-novogo-plana/ ) и здесь (Часть 2 https://zerkalo.az/velikaya-perezagruzka-kapitalizma-put-k-schastlivomu-budushhemu-chelovechestva-ili-k-sanitarno-tehnokraticheskoj-diktature/).  

 

— Продолжаем нашу беседу о глобальных изменениях, идущих в мире, об их геополитических последствиях и существующих рисках соскальзывания в глобальный режим высокотехнологичной санитарной диктатуры. Сегодня, я хотела бы поговорить более подробно о Новом Мировом Порядке, о котором в прошлом году мировые лидеры объявили в Давосе, на Всемирном Экономическом Форуме, а именно, что такое «инклюзивный капитализм» и как эта новая общественно-экономическая формация повлияет на нашу жизнь в следующие 10-15 лет?  

На наших глазах разворачиваются беспрецедентные цивилизационные изменения, которые пытаются имплементировать в «ручном режиме» как грандиознейший проект. Также как однажды мы строили «социализм с человеческим лицом», сегодня глобальная правящая элита ставит задачу построения нового социал-корпортативного строя под названием «инклюзивный капитализм». Его еще называют «капитализм заинтересованных сторон» (stakeholder capitalism), который противопоставляется традиционному капитализму акционеров (shareholder capitalism).

Коротко резюмируя нашу прошлую беседу, отмечу, что этот грандиозный проект перестройки формально курируется Всемирным Экономическим Форумом, но задействованы в его реализации все международные организации и структуры, консенсус был подтвержден на различных саммитах на высшем уровне в предыдущие годы, таких как Саммит Большой 20-ки в Осаке в 2019, Саммит стран БРИКС в Пекине в 2017, и многие другие.

Смысл нового мирового порядка в том, что корпорации, которые стали главной движущей силой мировой экономики за последние 50 лет, теперь планируют формализацию своего всевластия путем вовлечения в управление обществом наряду с государством. План Великой Перезагрузки, о которой они торжественно объявили на 51-ой сессии ВЭФ в июне 2020 года, пока весь мир заперли на карантин – это дорожная карта этой самой перестройки.

Однако, эта новая система, которую союз технократов и корпораций проталкивает так агрессивно под завесой пандемии, не является неизбежной, и несет в себе риски аккумуляции передовых технологий в руках небольшой группы могущественной элиты.  И судя по всему, она собирается использовать их для усиления командно-административных и, даже, тоталитарных методов управления даже в странах, которые мы традиционно считали демократическими.

Эта перестройка затронет все аспекты нашей жизни – общественные, экономические и политические. От системы образования до нашей диеты. Поэтому повторяю, очень важно открыть дискуссии на эти темы в обществе сегодня. Общество по всему миру оказалось отрезанным от процесса принятия решения.

С одной стороны, группа неизбираемых элитарных олигархов ведет игру с целью консолидации приобретенной за последние 50 лет богатств и власти, провозглашая, что к 2035 году — «У вас ничего не будет, но вы будете счастливы». Вместе с тем, они пытаются убедить нас, что перемены эти неизбежны, но должен быть заключен новый общественный договор между властью и народом, говорят они. Другими словами, они все же желают, чтобы мы одобрили и приняли этот проект грандиозной перестройки, так как признают открыто, что без поддержки снизу новый строй не будет устойчивым.

Для того, чтобы завоевать симпатии широких масс, мировая элита неоглобалистов (представленная в первую очередь инвестиционными банкирами и новыми тех-корпорациями), которая продвигает этот цивилизационный гранд-проект, умело прикрывается фразеологией поборников прав и интересов бедных и уязвимых, защиты окружающей среды, сексуальных меньшинств, женщин, и др. Словом, используют надежды и чаяния простых людей на более справедливый мир. По признанию самих левых активистов, на протяжении последних 10-15 лет проходила маштабная кооптация протестных, массовых движений левых всех мастей со стороны корпораций.

Однако, существуют опасения, что реформы в первую очередь ударят по уязвимым категориям населения. Например, в результате только первого года перестройки Великой Перезагрузки в 2020 году, достижения, по выводам National Geographic, в области гендерного равноправия откатились на 30 лет назад. Более 50% разоренного бизнеса в США, например – это бизнес черных, в том числе женщин, передает Bloomberg. Черные и латиноамериканские женщины заняты в основном на тех работах, которые не предполагают оплаты по болезни и гибкий график. Они то и проиграли в результате перезагрузки капитализма. Раса, богатство, инвалидность и миграционный статус определили, кто пострадает больше всего во время этой Перезагрузки, последствия которой сваливают на пандемию.

Около 70% медицинских и социальных работников во всем мире — женщины, и они сконцентрированы на низкооплачиваемых должностях с более низким статусом. Эти функции будут заменены искусственным интеллектом в следующие 10 лет в контексте новой цифровой экономики. Только в апреле 2020 г., в разгар так называемой пандемии, работу потеряли 1.4 млн работников здравоохранения в США. Исследование Фонда Малалы показывает, что в результате организованной катастрофы, 20 миллионов детей могут никогда не вернуться к учебе.

Так вот, уже несколько последних десятилетий Давосский Всемирный Экономический Форум, который ежегодно собирает мировую элиту для обсуждения глобальных проблем и путей развития, является движущей силой за сворачивание рыночного капитализма и проект по демонтажу капитализма находится в центре внимания саммитов ВЭФ в Давосе. Истоки идущих процессов были заложены на заре глобализации с конца 1960-ых на различных глобалистких платформах, и оформились в полнорценный проект уже после развала СССР, обретая конкретные логические рамки и стратегию.

На том же Давосском Форуме в последние несколько лет можно было услышать последовательную критику неолиберализма, который обвинялся в неравенстве в мире, здесь звучали и хвалебные речи в сторону Китая, «у которого есть чему поучиться».

На этой фотографии: Кристин Лагард (директор МВФ), принц Чарльз, Линн Форестер де Ротшильд (CEO Совет Инклюзивного Капитализма), перед началом конференции по инклюзивному капитализму в особняке 27 мая 2014 года в Лондоне, Великобритания. (Источник: WPA Pool / Getty Images Europe)

В этом проекте пост-капитализма климатический алармизм с 1980-ых и механизм пандемической готовности с 2000-ых продвигается влиятельными мультимиллиардерами через международные организации в качестве инструментов разворачивания инфраструктуры нового мирового порядка. Потому что эти темы и механизмы, которые они предлагают, отличный повод для деиндустриализации в соответствии с концепцией «нулевого роста» ранних глобалистов 1960-ых.

На фоне потери традиционным капитализмом своей экономической динамики окончательно уже после развала СССР, который выиграл для него дополнительные 20 лет, настал удобный момент для обнуления всей системы. Этот процесс требует сокращения потребления основной массы населения, цифровизацию для разворачивания технологичного тоталитаризма правления технократов с корпорациями.

Важно отметить, что хотя эта новая модель, которая идет на смену капитализму, в своем названии тоже имеет слово «капитализм», эта пост-капиталистическая модель, и ничего общего с реальным капитализмом, свободным предпринимательством и, тем более, с либеральной демократией она не имеет. Этот режим управления больше не нужен правящей властной элите даже в качестве витрины, хотя фразеологическая шелуха все же будет использоваться еще лет 20.

До официальной инаугурации в 2020 году этот проект пост-капитализма представлялся публике в качестве разрозренных проектов, программ, повесток, инициатив, концепций под разными названиями. Здесь и Повестка ООН — 21, которая переродилась в Повестку 2030 на основе принципов «Устойчивого Развития», и  «Глобальная Инициатива преобразования» (Global Redesign Initiative) в 2016 году и масса разных других инициатив, которые займут несколько страниц, если их всех перечислять.

Масса работ, отчетов, книг, рефератов есть на эту тему, но я упомяну только книги Клауса Шваба (президента ВЭФ) — “Fourth Industrial Revolution” и “Shaping the Forth Industrial Revolution», «Covid-19 and Great Reset», «Stakeholder capitalism», потому что они в общих чертах обрисовывают видение будущего, которое мировая правящая элита проектирует для планеты. Но все эти работы, проекты и идеология, лежащая в основе «новой эры человечества», как они это называют, имеют более глубокие философско-исторические и политические истоки, о которых стоит поговорить отдельно более подробно.

— Мы обязательно о них поговорим в следующий раз. А пока объясните, зачем мировой правящей элите отменять капитализм?

— А затем, что консолидировав ресурсы, власть, богатства в своих руках в результате глобализации, продвигаемой через неолиберализм, суперкласс теперь планирует закрепить положение вещей навечно. А теперь, неолиберализм, капитализм и даже глобализация – это уже отработанные инструменты. Они уже не нужны.

Если очень коротко, то этот процесс начался в 1913-ом году с формированием Федерального Резервного Фонда в США, с передачей этой частной (!) структуре права печатать доллары, затем особождением стоимости доллара от золотого стандарта и превращением ее в одну из главных резервных мировых валют с ускорением процесса обесценивания валют как денег финансовыми спекуляциями, раздуванием инфляций, циклическими кризисами, что привело к сокращению среднего класса на протяжении всей финансовой глобализации и обогащению суперкласса.

В какой-то момент экстенсивное развитие капитализма, чтобы преодолеть кризис перепроизводства, уже стало невозможным, так как мировые войны развязывать опасно и больше нет соц.лагеря, который можно «интегрировать» в мировую экономику. Теперь глобальная финансовая элита пытается привести этот процесс к своему логическому концу с 2020 года, толкая мировую экономику в еще один проект счастливого будущего – «хеппитализм», как они иногда его сентиментально называют.

А по ходу, они придумали более безопасный способ стимуляции экономики — вместо еще одной мировой  войны, вирусомания и климатический алармизм. Помимо своей функциональности в деле разворачивания инфраструктуры нового мирового порядка, о которой мы говорили в прошлый раз, пандемический кризис призван стать клондайком для мультимиллиардеров, которые будут добирать средства, ранее находившиеся в руках среднего класса и их бизнеса, финансовые олигархи выиграют от расходов правительств мира в условиях «чрезвычайных положений», собирая проценты по долгам. Пандемия уже принесла в частности американским мультимиллиардерам триллионы прибыли.

То же самое с климатическим алармизмом, который облекается в благородные цели спасения планеты, облачено в возвышенную фразелогию сокращения бедности, создания равенства. На самом деле, зеленые цели инклюзивного капитализима это в первую очередь завеса для частичной деиндустриализации, которую обсуждали и планировали еще c конца 1960-ых на глобалистких платформах.

«Зеленый Курс» США и Европы направлен на уничтожение среднего класса, предпринимателей, путем введения недостижимых для них критериев привлечения инвестиций. В результате, весь средний бизнес будет поглощаться транснациональными корпорациями, которые под прикрытием «зеленого курса» захватят всю экономическую сферу за счет субсидий государства.

Как иначе можно остановить индустриальное развитие стран третьего мира, затормозить их растущее потребление и однавременно оприходовать их ценные природные ресурсы на якобы зеленые проекты, вроде производства электромашин? Как иначе перенаправить триллионы бюджетных средств в карманы корпораций так, чтобы не вызывать негодования у народа? Конечно же под предлогом перехода на «зеленую» экономику через создание нового «зеленого» финансового пузыря…

Цель корпоративных спонсоров «New Green Deal» на Западе — способствовать переводу триллионов долларов государственных денег в корпоративные прибыли. Все «зеленые технологии» это про торговлю квотами на выбросы углерода и триллионы государственных субсидий и, в конечном счете, про еще большую добычу редких металлов, и про еще большее загрязнение природы и уничтожение ее биоразнобразия. Зеленые технологии на самом деле не снижают выбросы углерода на практике, а производсто всей зеленой инфраструктуры само внесет вклад в выбросы парниковых газов. На практике декарбонизированная экономика — это девятикратное увеличение добычи полезных ископаемых по сравнению с нынешними уровнем, загрязнение окружаюшей среды и ресурсные войны.

«Нулевой выброс» это еще и кампания по спасению мировой экономики, впадающей в рецессию. После глобального финансового кризиса 2007–2008 годов люди вряд ли поддержали бы еще одну финансовую помощь корпорациям, поэтому на этот раз она представляется как необходимость спасти нас от якобы катастрофического изменения климата. Требуемые деньги достаются из пенсионных фондов, налогов на выбросы углерода и сборов за чрезвычайные климатические условия.

Новая климатическая экономика это не про здоровье человека или окружающую среду и демократию. Этот план про более высокие налоги, сокращение государственных услуг гражданину и усиление государственного контроля над ним.

Другая экономическая цель — сократить потребление средним классом. Начиная с пост-военного подъема, качество жизни людей улучшилось – они стали лучше питаться, одеваться, они стали жить в просторных собственных домах, они стали чаще путешествовать, появился спрос на качественное образование. В результате, продолжительность жизни увеличилась в среднем на 30 лет. А это значит и потребление ресурсов. Стиль жизни среднего класса начал представлять угрозу высшему классу. Учитывая, что в ближайшие 15-20 лет ожидаются прорывные технологии в области преодоления старения организма и миллиардеры будут жить до 120-130 лет, то и ресурсов они будут потреблять на 2 жизни. И эти ресурсы будут экспроприироваться через обнищание среднего класса и политику сокращения населения планеты до 4 миллиардов.

Генсек ООН уже призывает к климатическим локдаунам под предлогом повышанного загрязнения в городах. Официальные лица Нью-Дели, например, призывали на днях к климатической изоляции в масштабах города. В условиях «климатического локдауна» правительства планируют ряд ограничений, включая использование частных автомобилей, потребление красного мяса, введут крайние меры по энергосбережению, в то время как компании, работающие на ископаемом топливе, должны будут прекратить бурение.

С другой стороны, сворачивание объемов производства под завесой декорбанизации экономики напрямую затронет занятость среднего класса. Они не только потеряют работу, но и независимость, а значит перестанут быть политическим фактором. Попав под тотальную зависимость государственно-корпоративного альянса (пособия, социальная квартира, ваучеры на питание и т.д.) «No taxation without representation!», лежащий в основе либеральной демократии, перестанет работать. Средний класс — это оплот демократии, независимости, свободного предпринимательства.

Кроме того, есть еще одна причина сворачивания капитализма. Свободное предпринимательство в капитализме создает условия для возникновения новых элит, которые, естественно, желают занять место за столом правящей мировой элиты (которая в основном Западная). А последние, естественно, не желают допускать всех этих новых богачей в элитарные клубы, где они могли бы влиять на процесс принятия важнейших решений о путях развития человечества. Другими словами, одна из мотиваций деиндустриализации и соврачивания капитализма и либеральной демократии – это сокращение субъектов экономики до нескольких десятков транснациональных корпораций, которые будут управлять общественными процессами,  контролировать и распределять ресурсы так, как они посчитают нужным.

— В чем заключаются главные риски Плана Великой Перезагрузки, который мировые лидеры объявили 3 июня 2020 года в Давосе?

— Великая Перезагрузка предусматривает обнуление всех существующих систем – политической, экономической, культурной, системы образования и здравоохрания. Перестройка будет продолжаться по планам проектировщиков до 2030 года.

Одной из важнейших задач Перезагрузки является разворачивание инфраструктуры технологий 4-ой промышленной революции, которая запустит экспоненциальное развитие технологий и внедрение искусственного интеллекта. Новая планируемая экономическая модель будет питаться собранными Большими Данными, которые будут собирать данные с помощью внутренних и внешних приспособлений – от инъекций наночастиц-сенсоров в кровь до подслушивающих смарт-технологий, интегрированных в ткань одежды и предметы домашнего обихода.

Но эти передовые технологии в «экономике миллиарда сенсоров» расширят возможномти надзора над гражданами. Прибавьте к этому нейро- и би-инженирование и получим неограниченную концентрацию технологий физического манипулирования мозгом человека, контроля и репрессивных возможностей в руках тоталитарной, неподконтрольной власти, сконцентрированной в руках небольшой группы могущественных людей. Как метко заметил один из ученых в статье BBC – мир поделится на тех, в чьих руках сконцентрируется искусственный интеллект (богов), и на всех остальных.

Таким образом, технологии рискуют стать инструментом порабощения человека небольшой группой людей, нежели стать инструментом общественного блага. При этом, основная масса населения за будничными заботами, сериалами и информационным мусором не имеет представления о том, как делеко шагнули технологии – их не пропагандируют СМИ, о них известно только узким специалистам, о них печатают только университетские порталы и закрытые научные порталы.

Недавно директор Майкрософт обеспокоенно заявил, что если уже сейчас власти не начнут разрабатывать ограничивающие приминение искусственного интеллекта законы, в 2025 году мы окажемся в Оруэловском обществе. Как будто его корпорация не один из главных участников этого процесса.

Так вот, об этой опасности писали многие известные Западные философы, писатели и ученые. Например, Нобелевский лауреат, экономист Ноам Чомски предупреждал, что за последние 50 лет успехи в развитии науки привели к образованию разрыва между знаниями народа и знаниями господствующего класса. Он говорил, что благодаря биологии, нейробиологии и прикладной психологии система получила в своё распоряжение передовые знания о человеке в области как физиологии, так и психики. Это означает, что в большинстве случаев система обладает большей властью и в большей степени управляет людьми, чем они сами.

А учитывая, что этот проект формировался теми же кругами, которые с конца 1960-х выражают озабоченность ростом населения планеты и дефицитом ресурсов, то вырисовывается картина, вызывающая беспокойство. Зачем суперклассу беспокоиться о населении, которое уже не играет ни политической, ни экономической роли в новой системе?

Западная властная элита устала от либеральной демократии, которую она считает неэффективной в противостоянии Китаю на этом историческом отрезке. Демократия больше нерентабельна для поддержания на Западе. В этом контексте, технологический прогресс может принести много несчастья человечеству, не только снизив качество жизни, но и дегуманизируя человеческое общество.

— В чем суть «инклюзивного капитализма» помимо того, что он продвигает корпоративное управление обществом? И какую роль в нем будут играть технологии, как они могут изменить нашу жизнь?

— Суть «инклюзивного капитализма» в контроле над поведением человека, где средства модификации поведения человека заменят традиционные средства производства, а ставки на биржах будут делаться на прибавочный поведенческий продукт. Опасность заключается в том, что тоталитаризм контроля над социальной эволюцией осуществляется, в основном, со стороны одной группы мировой элиты, обладающей почти безграничными ресурсами и влиянием, имеющей свою идеологию, и амбициозное видение будущего человечества в целом, и для части суперкласса, в частности.

В соотвествии с этим видением, следующие 10-15 лет в контексте 4-ой промышленной революции, инвестиции в технологии, в том числе биоинженерию и фармакологию,  будут менять наши тела, наши мысли и наше поведение. Об этом постоянно говорят на Давосском Форуме и не только. Например, компания Visionary Innovation Group в 2017 году представила способы, которыми мир изменится к 2030 году.

Это увеличение наших тел через использование имплантатов, начиная от микрочипов мозга до контролируемых разумом протезов и подкожных RFID-чипов (это радиочастотная идентификация использует электромагнитные поля для отслеживания меток), технология редактирования генов CRISPR. Это убыстрение мыслительных процессов через носимые и имплантируемые интерфейсы мозг-машина. Это широкое использование поведенческой психологии правительствами и корпорациями. Это использование виртуальности в манипулировании эмпатией. Это роль искусственного интеллекта в развитии нашей карьеры, лечении и питании. Это интеграция искусственного интелекта в процесс принятия решений и нейростимуляция работодателями своих работников.

Технологии открывают бескрайние возможности социального инженирования через модификации и манипулирование поведением человека. Для этого необходимо развернуть необходимые инфраструктуры, среди которых — единая цифровая база данных человека. Тотальное оцифрование человека создаст цифровой профиль (аккаунт), который будет копить его историю на протяжении всей жизни – мысли, фантазии, действия, эмоции, состояние здоровья. Индивидуальное поведение человека постепенно будет становиться всё более и более оцифрованным и доступным для анализа Искусственным Интеллектом. Искусственный интеллект будет прогнозировать развитие общества, его отдельные сферы и игроков, рекомендовать решения, базируясь на анализе данных о нашем поведении и настроении.

С контролем над социальным поведением связана и система социального кредита, о которой многие из вас уже слышали. Китай уже во всю пилотирует его в отдельных городах. Новая система ранжирует каждого гражданина по «шкале цивилизации», а затем помещает их в категорию, которая определяет, получат ли они приоритетный доступ к услугам или будут наказаны и ограничены.

На Западе пилотирование проходит пока со стороны изменения поведения в сфере здоровья. Так, в Великобритании правительство подтверждает запуск системы социального кредита с января 2022 года. Пока она будет фокусироваться на поощрениях здорового образа жизни (заказал салат в кафе, получил токен или биткоин), но фактически это пилотирование будущего полноценного социального рейтинга в китайском варианте, но «методом салями», т.е. когда желаемую политику скармливают народу кусочек за кусочком.

— Связано ли такое настойчивое насаждение Ковид-пропусков по миру, даже в странах с 90% вакцинированностью, с вышеупомянутыми системами?

— Да. Ковид пасспорта — это в меньшую очередь про общественное здоровье. Технологии Ковид-QR пропусков это часть тестирования системы социального рейтинга. Он будет точкой доступа ко всей цифровой информации о данном человеке. Да и сами техкомпании и организации, задействованные в разворачивании цифровых идентификационных систем, не скрывают, что это нечто большее, чем про вирус.

Так, в своих документах ВЭФ признает, что новая цифровая система не обязательно предоставит пользователям обещанное им освобождение. Я цитирую: «Цифровая идентичность четвертой промышленной революции определит к каким продуктам, услугам и информации мы можем получить доступ — или, наоборот, то, что для нас закрыто».

Ковид пасспорта — это инфраструктура цифровой идентификации к которой, впоследствии, можно пристегнуть, что угодно. В конечном итоге, это механизм регламентирования доступа к ресурсам (товаров и услуг) части населения, которых система признает «нелояльными» или «бесполезными» для нового экономического порядка.

Цифровые системы очень скоро будут интегрированны друг в друга. Ковид пасспорта будут интегрированы с цифровым кошельком, нашим банковским счетом. Наведеная на вас камера наблюдения на улице будет опознавать не только ваше имя, но и знать, что вы сегодня ели, и ваше давление и приближающийся диабет. Или вы не ввели вовремя очередную дозу инъекции по требованию власти, или видеокамера засекла вас на протестном марше, или вы лайкали «неправильные» страницы в интернете, тогда вас могут лишить доступа к кредиту, к вашему цифровому кошельку, к токенам продуктов питания, или возможности пользоваться общественным транспортом. Доступ может открыться после «добровольной» коррекции поведения или предпринятия общественных работ.

В контексте «зеленой» политики и сведению выброcов CO2 к 2050 к нулю (zero net) разрабатываются механизмы пристегивания углеродного следа каждого человека к его кошельку в виде категоризации деятельности в зависимости от выбросов CO2 и привязка цифровых кошельков токенов к банковском счету. Правительство выделит человеку собственный бюджет на выбросы CO2. Любой, кто перейдет лимит, должен доплатить. Поели соевое «мясо» в ресторане вместо настоящего стейка, купили батончик синтезированных протеинов — вам дополнительное очко, которое конвертируется в биткоин. А вот если вам захотелось натуральной еды, настоящего мяса или молока, платите в 10 раз больше. Ну вы же помните талонную систему в СССР? Просто теперь будет все более технологичнее и облачено в более благородные зеленые цели «спасения стонущей планеты», как выразился Папа Римский.

В 2019 году исследовательский центр Duconomy совместно с Мастеркард и Секретариатом ООН по Климатическому Изменению разработали систему, которая отрезает вас от банковского счета, как только вы превысили свой «углеродный след». Они ввели первую кредитную «углеродную» карточку. Паралелльно Mastercard включает биткоин сервис, и банки смогут включать систему накопления очков (токенов), которые будут переводиться в биткоины.

Все эти системы со временем могут быть пристегнуты к ковид-пасспорту, который представляет неисчерпаемый источник наживы и влияния, включающий платежи за сервис, и от обладания информацией в результате цифрового мониторинга. В конце концов, это средство контроля за доступом к ресурсам и репрессиям против диссидентов.

— Говоря о финансах, год назад МВФ объявило о необходимости финансовой перезагрузки. Что это все значит для нас?

— 15 октября 2020 г. Кристалина Георгиева — управляющий директор МВФ произнесла речь, полную заботы о судьбе человечества, сравнив сегодняшние экономические трудности по масштабу с последствиями Второй мировой войны, и заявила, что настал момент для созыва новой Бреттон-Вудской конференции. А еще раньше аналитики МВФ заявили в своём исследовании, что ведущая роль американского доллара в структуре мировой торговли несёт в себе угрозу и может ослабить процесс стабилизации экономики после пандемии. В 2020 году США (а вернее, ФедРезерв) напечатал четверть всех существующих долларов — $9 трлн. Многие люди считают, что создание Федеральной резервной системой огромного количества денег в конечном счете вызовет гиперинфляцию. Доллар в значительной степени потерял ценность с момента запуска Центрального банка в 1913 году. Например, совокупный уровень инфляции с 1913 года составляет около 2525,4%. Сторонники драгоценных металлов и криптовалют считают, что накачка экономики укрепит такие активы, как биткоин и золото. Мы будем наблюдать, как скрытая инфляция будет убивать наши сбережения. Национальные банки при этом будут рассказывать про официальную низкую инфляцию и необходимые меры для повышения инфляции. Доходы останутся те же, а цены вырастут.

В целом, идет процесс цифровизации валюты в сторону отмены наличных, с целью централизации денежных средств. В странах останутся 2-3 банка. Однако, цифровая валюта, отвязанная от реального состояния экономики, и отмена наличных может быть опасной. Постепенная элиминация наличных денег и перевод денежной системы в цифровую, и последующее ее пристегивание к другим системам, создает риск формирования тоталитарного общества с детальной маршрутизацией жизни и поведения человека.

Важно понять, что в этой новой общественно-экономической формации (если она осуществится), существует риск превратить человека в сырье, товар, из которого собирают информацию для Искусственного Интеллекта, отбирая у человека сферу целеполагания через технологии слежения и модификации поведения. Именно на комодификации человека и ориентируются и новые финансовые инструменты «инклюзивного капитализма», основным из которых являются так называемый «импакт-инвестиции», «облигации социального воздействия», CSR (Корпоративная социальная ответственность), ESG (Окружающая среда, социальная сфера и управление).

— Что такое «импакт-инвестиции» и ESG?

— Это центральные финансовые инструменты «инклюзивного капитализма», которые продвигают корпорацию в центр общественных изменений. «Импакт-инвестиции», «облигации социального воздействия» (Social Impact Bonds) – это Слово “impact” c английского можно перевести как результат/влияние/воздействие. Если коротко, то это модель — способ заменить государственные услуги на привличение корпораций к управлению обществом, где инвесторы будут финансировать «активистов» в надежде получить прибыль от «системных изменений». Более того, на государственные услуги и социальные результаты (impact) можно будет делать ставки на биржах, продавать фьючерсы.

Архитекторы импакт-концепции с 2013 года пропагандируют грандиозную риторику о способности их модели изменить весь мир путем изменения контрактов на предоставление государственных услуг. Делая частные инвестиции доступными для социальных программ, ожидалось, что импакт-инвестиции принесут инновации, больше денег и улучшат ситуацию для наиболее бедных слоев общества. При этом, частным инвесторам будет выплачиваться прибыль только в том случае, если программа достигнет заранее определенных результатов, таких как, например, сокращение рецидивов в тюрьмах или улучшение успеваемости в школе в проблемном районе.

Однако, как демонстирируют пилотные проекты, вместо финансирования инновационных программ, частный капитал поддерживает социальные программы с проверенной репутацией. Другими словами, они не хотят вкладываться в рискованые проекты. Более того, некоторые проекты обошлись государству в 2 раза дороже, потому что при однократном вмешательстве государство инвестеру выплачивает на протяжении 10-15 лет. Кроме того, выхлоп у пилотных проектов при их миллиардных стоимости очень маленький.

Да и вообще, обществу нужен комплексный ответ на такие социальные проблемы, как безработица, наркомания или насилие, а модель импакт-инвестиции своим требованием незамедлительных результатов сужает фокус общества до одной программы. Не говоря уже о том, что как показывает оценка подобных проектов, импакт-инвестиция часто измеряет неправильные вещи как индикатор успеха.

Но несмотря на то, что оценка пилотных проектов продемонстрировала, что теория о том, что импакт-инвестиции и облигации стимулируют бизнес решать социальные проблемы, не подтвердилась, их будут продолжать разворачивать в новом мировом порядке, не в последнюю очередь потому, что они облегчают внедрение технологий слежения, включая отслеживающие биомедицинские показатели.

Модель импакт-инвестиций и облигаций имеет и спорную философско-этическую сторону. Она требует превращения людей в товар, соотнося каждую услугу, которую они потребляют, с результатом, который они производят. Этим модель коренным образом противоречит основным правам человека и демократическим принципам просто потому, что некоторые вещи, такие, как поддержка наиболее уязвимых слоев общества, никогда не могут иметь корпоративного решения, и не должны мотивироваться получением прибыли.

Теперь насчет ESG. ESG относится к «шкале ценностей», к оценке бизнеса, которая сосредоточена на трех факторах — защите окружающей среды, социальном взаимодействии и корпоративном управлении (environment, society, governance). Посредством ESG будут измеряться «устойчивость и социальное воздействие» инвестиций в эту компанию или бизнес, и которая предусматривает санкции за их несоблюдение.  Хотя многие левые поддерживают эти индикаторы (как и всю идею технократо-санитарной диктатуры пост-капитализма), на самом деле они про финансовое принуждение частного сектора участвовать в Великой Перезагрузке и подчиняться через угрозу финансового голода. ESG это фактическое устранение «неустойчивых» бизнесов путем минимизации контроля над своим предприятием.

Игнорирование этих «ценностей» отразится на котировке акций, кредитном рейтинге, инвестиционном рейтинге и т.д. Оценка ESG ниже номинальной устранит любую возможность получения бизнесом или корпорацией ссуды в любом банке или финансовом учреждении в любой точке мира. Корпорации будут определять шкалы ценностей и какие санкции применяются к тем, кто их не соблюдает. Но соответствовать этим высоким «ценностям и критериям» смогут только крупный бизнес и монополии, которые будут поглощать всех остальных, которые не смогут привлечь инвесторов.

Еще большее беспокойство вызывает то, что оценка ESG уже начинает влиять на личные финансы. Если у вас плохая личная оценка ESG, полученная на основе данных, полученных в результате вашего пользования в Интернете, ваших покупок, поездок и т. д. — вы не сможете претендовать на получение ссуды от кого бы то ни было и в любой точке мира.

— Итак, новый мировой порядок может ударить по некорпоративному бизнесу своими ценностными требованиями. А что ждет различные слои общества в условиях тотальной роботизации?

— Дело в том, что Перезагурзка капитализма окончательно уничтожит средний бизнес под предлогом т.н. «устойчивого развития», которое с 90-ых гг. продвигается ООН-овскими институтами, но в реальности группой влиятельных мультимиллиардеров, а именно —  устанавливая критерий оценки бизнеса, которым должны будут соответствовать все бизнесы.

По признанию давосских мужей, идущие процессы элиту не особенно затронут, в то время как основной удар будет по среднему классу. Имеется в виду надвигающаяся в следующие 10 лет закончиться эра массовой занятости. Как сказал Клаус Шваб в одном из своих интервью, «все будет хорошо, если только работа не является для вас главной в жизни». До 35% всех рабочих в Великобритании и 47% рабочих в США, включая рабочие места белых воротничков, лишатся средств к существованию. Согласно прогнозу Всемирного экономического форума, к 2025 году половина всех рабочих задач будет выполняться машинами, что может усугубить неравенство.

Примерно 800 млн рабочих мест будет потеряно из-за внедрения искусственного интеллекта. Аналитический центр ВЭФ заявил, что «революция роботов» создаст 97 миллионов рабочих мест во всем мире, но и уничтожит почти столько же. Но несмотря на обещание новых рабочих мест, реальность такова, что на протяжении 40 лет потенциал технологий в создании рабочих мест неуклонно уменьшался.

Так, например, в 1980-е годы 8,2% рабочей силы США были заняты в новых технологиях. К 1990-м годам он составлял уже 4,2% рабочей силы. Для 2000-х годов это всего 0,5% рабочей силы. Кроме того, водитель автобуса и переучившийся программист — это разные люди. Это усугубит существующее неравенство на рынках труда и сведет на нет рост занятости, достигнутый после мирового финансового кризиса 2007–2008 годов.

Как замечают официальные лица ВЭФ, рутинная или ручная работа в области администрирования и обработки данных больше всего подвержена угрозе автоматизации. Но новые рабочие места появятся в сфере ухода, больших данных и зеленой экономики. Однако, мировая элита лукавит, когда говорит, что затронется только неквалифицированный труд. Искусственный интеллект лишит людей ряда некогда престижных профессий, в которых был занят средний класс – юристы, бухгалтера, учителя, судьи, врачи, медсестры.

Далее, ВЭФ заявляет, что это пандемия ускорила внедрение новых технологий, поскольку компании стремились сократить расходы и внедрить новые методы работы. На самом деле, именно внедрение неадекватных и вредоносных пандемических мер, таких как изоляция здоровых людей, требование физической дистанции имело своей первичной целью внедрение автоматизации. Но чтобы новые методы работы, которые призваны заменить человека роботом, не вызвали массовые протесты, все будут сваливать на последствия пандемии. Хотя все происходящее — это результат перестройки экономической формации.

В то время, как бедным и нищим нечего терять и они уже зависимы от государства в получении пособия и социального жилья, у среднего класса есть что отнять. Его будут лишать его сбережений, частных домов, дорогих машин, доступа к качественному образованию и здравоохранению, и питанию. Всего того, чего он добился упорным трудом на протяжении последних 70 лет. В Европе никто с голоду не умрет, там уже вводят т.н. универсальный базовый доход, это бесплатная минимальная зарплата (не пособие!) в размере примерно 700 евро для ожидаемых безработных. Уровень жизни среднего класса, потребление постепенно будет сокращаться в течение следующих 20 лет и они пополнят класс социальщиков. Но при этом, если верить мультимиллиардерам Давоса, они будут счастливы. Вспомните их лозунг на 2030 г. — «Вы ничем не будете владеть, но вы будете счастливы».

Соотвественно, в странах третьего мира может быть еще сложнее. Обесценивание низкоквалифицированного человеческого труда ввиду автоматизации производства приведет к потере развивающимися странами преимущества дешёвой рабочей силы, а значит возможностей для развития. Акселерация де-глобализации производственных цепочек усилит расслоение между странами. Будет наблюдаться тенденция к регионализации производства, импортозамещению.

В среднем каждый дополнительный робот, установленный в регионах с низкой квалификацией, может привести к почти вдвое большему количеству потерь рабочих мест, чем в регионах с более высокой квалификацией той же страны, что усугубит экономическое неравенство и политическую поляризацию.

— Каковы будут социальные последствия массовой безработицы?

— Cоциальные последствия массовой безработицы будут не очень радужными. Если кто-то уже представляет себе, как массы будут целыми днями читать книги, заниматься живописью, танцами, спортом, как жители Древнего Рима, то это вряд ли. Рост наркомании, алкоголизма, суицидов, насилия, депрессии, кризиса смысла жизни – это все социальные проблемы нового мирового порядка посткапитализма, с которыми мы неизбежно столкнемся при внедрении всеобщей роботизации.

Вероятно, что уже через 20 лет работа уже не будет тем стержнем, на которые наматываются смыслы жизни. Вероятно, его заменит виртуальная реальность в метавселенных, которая предоставит возможность иметь жизнь, о которой люди мечтают, но не в реальности, а не вставая с дивана. Одев шлем виртуальной реальности можно будет «путешествовать», «ходить» по магазинам, «заниматься» спортом, завести отношения, иметь «семью», «посещать» музеи, «загорать» на лучших пляжах мира. Все это будет доступно для большинства только в метавселенных. Постепенно большую часть жизни человек будет проводить в метавселенных.

Так что, чем больше будет экрана в нашей жизни, тем лучше для новой системы. Реальная же жизнь вероятно сохранится только в определенной среде — богатых, которые будут разъежать на своих яхтах, самолетах, отдыхать в своих владениях по миру, посещать музеи, вживую слушать оперу, есть натуральную еду, пока все остальные будут сидеть по своим домам в пандемических и климатических локдаунах.

Повторюсь, что от технологической утопии до технологической дистопии всего один шаг размером в волю мировой правящей элиты. Если они захотят, есть пути превращения технологического прогресса на благо обществу (что наверняка потребует торможения прогресса), если захотят превращения человека в придаток технологий – это очень легко достичь (не в последнюю очередь пуском в производство любой технологии, только потому, что она существует). И лично мне дискомфортно от мысли, что пути развития человеческой цивилизации зависят только от воли и видения небольшой группы влиятельных мультимиллиардеров.

— В контексте Великой Перезагрузки и перехода к посткапитализму, деиндустриализации, перспективы массовой безработицы, какие планы предусматриваются в сфере образования?  

— Самые обширные. Великая Перезагрузка также предусматривает обнуление традиционной системы образования, после чего ее место займет новая архитектура образования. В 2015 году был подготовлен интересный документ по форсайт-образованию на 2035 год Global Education Futures, который дает представление о видении мировой элитой модели нового образования безотносительно к вероятности осуществления дорожной карты к 2035-м году. В подготовке документа принимали участие более 2 000 ученых и экспертов из Канады, стран Западной и Восточной Европы, Азии и России. Я думаю, в скором времени и в Азербайджане появиться адаптация этого документа, так что имеет смысл вкратце обрисовать контуры перспективы, чтобы понять тон и тенденции процессов, которые будут формироваться на протяжении следующих 15-20 лет.

Доклад разворачивается на фоне сетования, что существующая сегодня система образования является неэффективной и должна быть ликвидирована. А на смену традиционному образованию должно прийти новое образование. Как мы знаем, «индустриальное образование», которое мы имеем сегодня, построено на принципах линейности образовательного процесса, однородности содержания, где люди определяются в группы по возрасту для обучения.  Новое образование определяется как система, поддерживающая образовательные потребности человека на протяжении всей жизни. Это то, что сейчас ВЭФ позиционирует как life-long learning, когда на протяжении жизни человек должен будет переучиваться кардианально разным профессиям, переходя из одного краткосрочного проекта в другой на фоне размывания карьерных перспектив, растущей конкуренции на рынке фриланса, который не предусматривает социального пакета.

Так вот, мировая элита утверждает, что традиционная система школьного и университетского образования имеет высокую эффективность при подготовке людей со стандартными навыками, но не справляется с формированием «нестандартных» навыков. В этом контексте, доклад обрисовывает необходимость двух видов образования. Одно — элитарное, обеспечивающее гибкость, креативность, способность к самостоятельному действию в разных культурах и с разными технологическими средами, и второе, массовое – высокоскоростное образование для подготовки работника под узкий круг задач для данного рабочего места.

В докладе отмечается, что увеличивается доля учащихся, которым не интересно образование, и для таких учеников нужно сделать обучающие программы более интерактивными, используя геймификацию образования. С другой стороны, для сознательных студентов, стремящихся к образованию, требуются индивидуальные образовательные траектории, которых пока в существующей системе образования нет.

Чтобы справится с этими проблемами, определяется круг задач к 2035 году. А именно — отмена традиционных общеобразовательных школ, исследовательских университетов и текстов в виде книг и статей, как доминирующей формы коммуникации знания. На смену придут новые технологии сенсографики и инфографики, которые ознаменуют появление визуального языка, всеми гаджетами и процессами можно будет управлять голосовыми командами.

Новая архитектура системы образования сводит ее к максимальной цифровизации и геймификации обучения. При этом, процессом обучения и самими людьми будет управлять искусственный интеллект в условиях жизни и работы в виртуально-реальных мирах. Таким образом, мы будем свидетелями ликвидации учительской профессии как пережитка. Искусственный интеллект предстает как наставник в познаннии, в контексте «смерти галактики Гутенберга», обучения в нейронет-группах.

«Дорожная карта» по внедрению технологий нейрообразования в систему образования к 2035 году включает массовое приминение нейрошлемов виртуальной реальности, устройства для усиления памяти и анализа в использовании ресурсов мозга, управление эмоциональным фоном психических процессов.

К 2035 году прогнозируется постепенное отмирание SAT, оценки по четвертям и итогам, дипломы, система научных журналов и стандарты цитирования, авторский учебник. Предусматривается легализация «измененных состояний сознания» как нормы. Под «измененным состоянием сознания», вероятно, понимается легализация приема различных психотропных и наркотических препаратов.

Концепция «Образование 2035» объявляет когнитивную революцию, где био- и нанотехнологии превращают электронные устройства в части тела, а само тело человека становится интерфейсом для взаимодействия с цифровой средой. Появляются люди-«гибриды», которых будут обучать через быструю загрузку знаний в искусственную часть личности. Все это приведет к резкому росту объема и скорости усвоения знаний.

Новая архитектура образования коррелирует с запросами четвертой промреволюции в посткапитализме. Если раньше нужен был здоровый и образованный работник на заводах и фабриках, в новом мировом порядке — в условиях массовой безработицы и деиндустриализации, таковой больше не нужен. А при том, что сотрудник по сравнению с роботом стоит дорого и неэффективен, в ближайшие 10 лет он будет заменен на рынке труда — роботу не нужно платить социальный пакет, зарплату или отпускные. Как говорит израильский неоглобалисткий историк и философ Ювал Харари, сформируется целый класс «бесполезных людей», цель жизни которых будет заключаться в компьютерных играх.

Высокие технологии дают небольшое количество высокооплачиваемых рабочих мест и сверхдоходы для тех, кто и так богат. Будут образовательные программы, рассчитанные на поиск талантов, одарённых детей. Но, высокоспециализированная работа будет сконцентрирована в нескольких точках мира в ограниченных сферах. Государство больше не будет вкладываться в качественное массовое (!) образование, если нет работы на рынке.

— Вы упоминали в прошлом интервью, что противоэпидемические меры в большей мере связаны с разворачиванием нового мирового порядка. Могли бы вы конкретизировать этот тезис на примерах?

— Все нелогичные, на первый взгляд, меры борьбы с пандамией не имеют ничего общего с эпидемиологией. Маски, локдауны, социальная дистанция научно не доказали свою пользу в борьбе с каким-либо вирусом. Ни до 2020 года, ни во время пандемии. Это факт, подтвержденный несколькими десятками объективных исследований – нравиться нам он или нет. Мы все хотели бы иметь набор серебрянных пуль. Но его нет. Вирус делает свое дело, следуя своей определенной динамике, и в конечном итоге превратится в обычную простуду даже для самых уязвимых, как говорят сами разработчики вакцин (если, конечно, мы не будем способствовать его мутации в сторону более агрессивного своей «борьбой»).

С другой стороны, несмотря на то, что болеет много, эпидемиологи указывают, что критерий 5%-го порога однавременной заболеваемости населения этой конкретной инфекцией в одном цикле заболевания так и не был достигнут, чтобы квалифицировать происходящее как эпидемию. И не просто не достигнут, он даже не перешел 1% однавременных «случаев» заболевания (который включает и просто позитивный пцр тест, без клинических симптомов). Высокая длополнительная смертность «от всех причин», доходящая в некоторых странах, включая Азербайджан, до 30% в большей мере связана с принимаемыми мерами борьбы, а именно с неадекватной переориентацией системы здравоохранения и постоянным стрессом, которому подвергают людей СМИ, чиновники и политики. По ходу «борьбы», дополнительная нековидная смертность увеличилась почти в 2 раза повсеместно, включая Азербайджан.

Тогда зачем эти меры так маниакально внедряли, независимо от режима правления и идеологии, если уже к концу весны 2020-года стало ясно, что от них нет пользы и они вызывают ненужные смерти? Дело в том, что все эти меры борьбы с пандемией способствуют установлению командно-административной системы управления, которая будет опираться на инфрастуктуру санитарной диктатуры. Например, введение отслеживающих контакты «track and tracing» приложений имеет отношение к сбору Больших Данных в «экономике миллиарда сенсоров».

Изолирование здорового человека сокращает потребление им ресурсов: он не пользуется транспортом, не развлекается походом на культурные мероприятия, он не ходит в гости, не посещает рестораны, не занимается спортом, не путешествует. Он фактически перестает жить, что и требуется. От части человечества фактически требуется перестать жить и сэкономить ресурсы.

С другой стороны, «самоизолирующийся» здоровый человек не ходит на работу, в офис, не ходит в университет или школу. Он работает из дома, что способствуеи внедрению новых технологий дистанционной работы и образования. Вместо здорового по сути медперсонала, которые сидели по ПЦР-тесту по 2 недели на карантине, чем вызывали кризис кадров, будут вводить роботизированный искусственный интеллект.

То же самое с учебным процессом – у них большие планы по поводу перезагрузки образования в сторону онлайн-технологий и внедрения искусственного интеллекта в качестве учителя. Чем больше экрана и меньше физического контакта, тем лучше.

Вся инфраструктура тестирования и выявление «случаев» это про организованный сбор данных, включая сбор генома человека. В контексте четвертой промышленной революции и биоинженерных технологий, генных модификаций человека, карта ДНК расселения может стать вспомогательным элементом для разработки биооружия, нацеленного на определенную ДНК-композицию жителей данной страны. Генетическая база данных также используется для тренировки искусственного интеллекта; вкупе с другими украденными данными, она позволяет таргетировать определенных людей. Напимер, Китайская Компартия объявила сбор данных касательно здоровья, включая ДНК, национальным приоритетом. Следующая пятилетка Китая проходит под темой «генетические и биоразработки» как ключевой сектор национальной безопасности и развития.

Все эти меры облегчат внедрение автоматизации, искусственого интеллекта на местах в условиях четвертой промышленной революции. Карантин здоровых людей в новом мировом порядке это один из главных инструментов разворачивания новых технологий контроля и подавления народных голодных бунтов, которые ожидаются в следующие 10-20 лет. Здесь пригодятся и технологии соvid-пасспортов, потому что это технологии создания централизованного цифрового акаунта как для ограничения доступа к товарам и услугам, так и для репрессий. Так что, режим пандемии — это навсегда, если только мировая элита не натолкнется на сопротивление от всех слоев общества. А это требует понимания сути происходящих процессов — вирусы были, есть и будут, человек смертен, а вот режим ограничений прав и свобод уже никто отменять не собирается.

(Продолжение следует)

В следующий раз, мы поговорим с Айтан Гахрамановой о ряде важных глобальных саммитов, которые прошли осенью 2021 в контексте Великой Перезагрузки, а именно об итогах Саммита ООН по Системам Продуктовой Безопасности, о Конференции ООН по климатическому изменению – COP26, и об итогах Саммита Большой 20-ки.  

image
(3 оценок, среднее: 5,00 из 5)