К столетию признания государственной независимости Азербайджана де-факто на Парижской мирной конференции

Признание де-факто государственной независимости Азербайджана Верховным советом Антанты являлось основной целью азербайджанской дипломатической делегации на Парижской мирной конференции, прибывшей во главе с А.М.Топчибаши в столицу Франции 9 мая 1919 г.

С середины июня 1919 г. основной акцент в деятельности азербайджанской, также как и грузинской и северокавказской делегаций был направлен на борьбу с притязаниями сформированного в Омске белого правительства адмирала А.Колчака, быть признанным в качестве официального правительства территорий, ранее входивших в состав распавшейся империи Романовых. Исходя из лозунга «единой и неделимой России», начертанной на их знаменах, руководители русского белого движения отказывались признать право на независимость нерусских народов бывшей Российской империи, делая исключение лишь для поляков.

Следует отметить, что в вопросе отношения к Колчаку, острые разногласия имели место и в самом правительстве Англии, главном союзнике белых в деле поставок им оружия, снаряжения и обмундирования.

Уинстон Черчилль, военный министр Британской империи, являлся решительным сторонником Колчака, Деникина и других белых генералов, безразлично, а зачастую и враждебно относясь к национальным чаяньям нерусских народов. Полагая, что Кавказ должен вернуться в состав России после свержения большевизма, он считал, что английские войска должны оставаться там лишь для того, чтобы обеспечить тыл Деникина, не давая возможности местным правительствам предпринять против него какие-либо действия.

Полностью противоположной точки зрения придерживался лорд Джордж Керзон, с лета 1919 г. исполнявший функции действующего министра иностранных дел, а в октябре того же года и официально занявший эту должность. Бывший вице-король Индии Керзон выступал за создание независимых государств не только на Кавказе, но и в Центральной Азии. Это должно было служить надежным барьером на пути дальнейшей экспансии русского империализма.

Премьер-министр Дэвид Ллойд Джордж, не особенно веря и сочувствуя русскому белому движению, выступал в роли своего рода регулятора отношений между Черчиллем и Керзоном, в принципе неплохо относясь к малым нациям бывшей империи Романовых. Тем не менее, основным приоритетом для него являлось избавление от непосильного финансового бремени, тяготевшего над Лондоном после окончания Первой мировой войны. Именно с этой точки зрения Ллойд Джордж рассматривал как вопрос военной помощи оперировавшей в Южной России Добровольческой армии генерала А.Деникина, так и пребывания британских войск на Кавказе.

Хотя во второй половине июля 1919 г. Добровольческой армии удалось временно оккупировать Северный Кавказ, создав непосредственную угрозу Азербайджану со стороны Дагестана и Каспийского моря, но зависящий от военной помощи стран Антанты Деникин так и не решился на вторжение в Закавказье.

В тот же месяц Керзону удалось добиться назначения на пост Верховного комиссара Великобритании в Закавказье Оливера Уордропа, одного из основоположников английского грузиноведения, известного специалиста по Кавказу, и в целом убежденного сторонника независимости кавказских народов.

Еще 5 августа, до своего отбытия в Тифлис, Уордроп обратился к Керзону со своими рекомендациями, в числе которых одним из главных фигурировал вопрос признания Лондоном независимости государств Закавказья.

12 августа, в день своего отъезда на Кавказ,  Уордроп сам нанес визит азербайджанской делегации, произведя на Топчибаши «хорошее впечатление». В полной мере понимая важность регионального сотрудничества для государственной независимости народов Закавказья, в беседе Уордроп сделал главный акцент на необходимости максимального сближения Азербайджана, Грузии и Армении.

Прибыв 29 августа в Тифлис, где представители грузинского правительства устроили ему восторженное приветствие, Уордроп сразу же принял меры для структурной организации своего комиссариата. Во все важные города Южного Кавказа были назначены подчиненные ему офицеры, целью которых являлось своевременно и точно информировать Верховного комиссара о событиях на местах. В Баку таким представителем Верховного комиссариата был назначен родившийся в Индии полковник Клод Бейфилд Стокс, кадровый разведчик, бывший в 1907-1911 гг. английским военным атташе в Тегеране, а затем, до начала Первой мировой войны служившим в разведывательном отделе Генерального штаба индийской армии. Как и большинство других британских офицеров «индийской службы» и в силу занимаемых им должностей, Стокс был хорошо осведомлен об имперских амбициях России на Ближнем Востоке. По словам самого Стокса, он чрезвычайно хорошо относился к азербайджанцам, являясь убежденным сторонником независимости Азербайджана и Грузии.

Оказавшись полными единомышленниками в этом вопросе, Уордроп и Стокс регулярно посылали в Лондон сообщения, стремясь убедить английское правительство в необходимости признания им независимости Республик Закавказья.

Первоначально эти сообщения не находили поддержки в правительстве Великобритании, так как в сентябре-октябре 1919 г. Добровольческая армия находилась на гребне военных успехов, а ее соединения под Орлом, на московском направлении.

Затем, однако, под влиянием стремительно развивающихся военных неудач Добровольческой армии, с конца октября стремительно покатившейся назад под напором большевиков, мнение Верховного совета Антанты по отношению к концепции «единой и неделимой России» становилась все более критической, а в отношении государств Закавказья начала меняться к лучшему.

Хотя в первой неделе ноября упомянутые изменения только лишь начали проявляться во внешней политике государств Антанты, Топчибаши сразу же уловил эти тенденции, подчеркнув в своем отчете от 6/10 ноября 1919 г.

В декабре, когда полное поражение Деникина стало окончательно очевидным, мнение британского правительства стало склоняться в сторону признания независимости Республик Закавказья, вопрос и формы которого стали предметом обсуждений между союзниками.

11 декабря во время беседы, состоявшейся в Лондоне между премьер-министром Франции Ж.Клемансо, Ллойд Джорджом и Керзоном, последним, в числе прочих проблем, был поднят вопрос о Кавказе. Хотя жестоко разочаровавшийся в Деникине Клемансо хорошо понимал, что на победу белых рассчитывать более не приходится, он все же продолжал противиться признанию независимости нерусских народов, заявив, что «он против любой попытки учредить в России отдельные государства, так как в этом случае русский народ начнет утверждать, что мы хотим расчленить Россию».

Тем не менее, англо-французские консультации по вопросу признания государств Закавказья были продолжены.

22 декабря в Лондоне состоялась встреча Керзона и Филиппа Бертело, генерального секретаря МИД Франции, на которой помимо урегулирования турецкого вопроса, стороны обсудили и проблему признания Азербайджана, Грузии и Северного Кавказа. С целью подготовить своего собеседника к возможности этого, Керзон заявил, что Британия заинтересована в получении какой-либо великой державой мандата над Кавказом. Британия защищает страны Закавказья от Деникина, но пока не признает их ни де-факто, ни де-юре, поскольку это влечет за собой взятие на себя конкретной ответственности. В настоящее время надо пристально наблюдать за развитием событий в Южной России, где большевики теснят Деникина. Лично Керзон, хотел бы видеть эти кавказские государства с автономным статусом, сотрудничающими друг с другом и, возможно, после победы над большевизмом, в федеральной связи с восстановленной Россией, если таковая будет иметь место. В случае если этой зимой с Деникиным произойдет катастрофа, весной следующего года союзники могут рассмотреть вопрос признания Грузии и Азербайджана. В ином положении находится Дагестан, входящий в сферу влияния Деникина.

Через два дня, 24 декабря, Керзоном был подготовлен специальный меморандум, содержащий конкретные рекомендации по вопросу признания независимости Грузии и Азербайджана. Отметив, что из всех Республик Закавказья Грузия больше других способна к независимому существованию, после которой идет Азербайджан, Керзон при этом подчеркивал, что вопрос сохранения независимости двух стран связан воедино, так как если большевики оккупируют Азербайджан, судьба Грузии также будет предрешена.

Судя по всему, в первые дни января 1920 г. решение о признании в той или иной форме независимости Азербайджана и Грузии стало окончательно вызревать. На это, в частности, указывает то, что уже 2 января эксперты британского МИД подготовили доклад о форме признания Азербайджана и Грузии. Согласно этому документу, признание де-факто «отличается от признания де-юре лишь в следующих аспектах:

1) В случае такого государства как Азербайджан, не имевшего в прошлом независимого существования, признание де-факто является необходимым шагом для предоставления признания де-юре.

2) Признание де-факто включает в себя то понятие, что оно предоставляется на специфических условиях, как, например, в целях сохранения стабильного правительства или решения конференции».

Признание де-факто рассеет подозрения в республиках, относительно того, что союзники, якобы, ждут восстановления единой России. В случае Азербайджана, это полезно для борьбы с турецким влиянием. При этом на союзников падает лишь моральная ответственность в отношении этих государств. Лондон не мешает этим республикам заключить договор с большевиками на выгодных им условиях, он лишь укрепляет их позицию, и препятствует большевикам разгромить их и включить в большевистскую систему.

По этим причинам МИД считает, «что в настоящее время признание де-факто соответствует желаниям республик. Признание де-юре будет зависеть от решения Лиги Наций или союзников».

6 января в меморандуме, подготовленном по приказу Черчилля и посвященном урегулированию турецкой проблемы, касающейся также проблемы Кавказа, предлагалось принять меры предосторожности, на случай признания Лондоном независимости Закавказских Республик: «В случае если будет принято решение о признании независимости Грузии и Азербайджана, британскому представителю при генерале Деникине должно быть дано своевременное оповещение, для того чтобы он подготовил почву и объяснил Деникину, что он потеряет официальную поддержку союзников, если окажет сопротивление политике мирной конференции в этом отношении».

Вероятно, окончательным толчком к признанию независимости Азербайджана и Грузии послужила телеграмма, полученная 9 января в Лондоне от Верховного комиссара Англии в Закавказье Уордропа, в которой последний сообщал, что полковник К.Стокс, политический представитель Верховного комиссариата в Баку, прислал ему письмо. В нем Стокс писал, что 7 января виделся с Фаталиханом Хойским, министром иностранных дел Азербайджана, по просьбе последнего. Показав Стоксу телеграмму Г.Чичерина, народного комиссара по иностранным делам большевистской России, датированную 2 январем и полученную в Баку 6 января, Хойский сообщил, что большевики предлагают Азербайджану и Грузии совместно с большевиками атаковать Добровольческую армию. По мнению Стокса, не исключено, что большевики попытаются устроить мятеж в Баку, с целью заставить правительство принять выгодное для них решение. Хотя нынешнее правительство страны стоит на решительных антибольшевистских позициях, «если Великобритания не придет ему на помощь, оно будет вынуждено прийти к соглашению с большевиками», – заявил Хойский.

После всеобъемлющего рассмотрения этого вопроса, азербайджанское правительство решило обратиться к Великобритании, с просьбой защитить интересы и само существование Азербайджана. Это решение было принято не по каким-либо сентиментальным соображениям. Оно было продиктовано непосредственными интересами страны и, по мнению Хойского, поддерживая Азербайджан, англичане будут также лучше служить и своим интересам, охраняя кратчайшую дорогу в Персию. Поскольку Добровольческая армия скоро прекратит свое существование, Лондону следует принять немедленное решение в поддержку Баку, если он хочет спасти Азербайджан от большевизма.

Комментируя слова Хойского, Стокс подчеркивал, что, по его мнению, министр иностранных дел Азербайджана не преувеличивает нависшую над страной опасность. «Если мы не хотим, чтобы большевики вползли в Азербайджан, решение о поддержке этой страны должно быть принято самым срочным образом». Принимая во внимание серьезность ситуации, созданной поражением Добровольческой армии, Стокс рекомендовал «немедленно предоставить полную независимость и искреннюю поддержку Азербайджану. Посылку оружия и амуниции, включая униформу для ее армии, а также затворов и частей для шестидюймовых пушек в Баку». Кроме того, быструю выплату англичанами всей суммы, которую они задолжали Азербайджану в связи с их военным пребыванием в стране. «Эти меры, я полагаю, дадут правительству возможность подавить большевистские организации в своих пределах, и предотвратить взятие большевиками власти над страной», – отмечал Стокс.

Понимая, что защита Закавказья от вторжения большевиков может быть обеспечена лишь в случае взятия под контроль англичанами Каспийского моря, что, само по себе подразумевало возвращение Каспийской флотилии Деникина английскому командованию, с заменой ее деморализованного личного состава английскими моряками.

Последнее предложение имело в виду вопрос безопасности коммуникаций по линии Батуми-Баку, без чего английское адмиралтейство отказывалось брать под контроль Каспий. Как мы видим, Стокс умело привязал это обстоятельство к вопросу признания независимости Азербайджана и Грузии. С явной целью нейтрализации прорусских военных, пытающихся  в это время говорить лишь об автономии, а не о независимости закавказских государств, Стокс подчеркивал, что в глазах Баку и Тифлиса «никакое обещание автономии какого-либо уровня, данное каким-либо из существующих русских правительств и даже гарантированное союзниками, не будет иметь какой-либо вес.

Выше рекомендованная политика может показаться радикальной, но, на мой взгляд, половинчатые меры не могут быть действенными, а опоздание означает катастрофу», – заканчивал Стокс свое сообщение. «Я полностью согласен», – приписал к сообщению Стокса Уордроп.

10 января 1920 г. в Париже состоялась встреча министров иностранных дел стран Антанты, на которой было принято решение о признании Азербайджана и Грузии де-факто. Выступивший с этой инициативой Керзон отметил, что на состоявшемся в тот же день заседании Верховного совета Ллойд Джордж отметил серьезность положения, сложившегося в Южной России и на Кавказе, находящегося под угрозой непосредственного вторжения большевиков. Дело имеет не только военный, но и политический аспект. Исходя из этого, он хочет представить на рассмотрение глав правительств Антанты свои следующие соображения: Судьба Армении будет решена мирной конференцией отдельно, в рамках урегулирования турецкой проблемы. Что касается Грузии и Азербайджана, стран, которые до этого времени подвергались тройной угрозе со стороны Деникина, большевиков и турок, он предлагает предоставить этим государствам признание де-факто. «Упомянутые страны выразили твердое желание стать настоящими государствами». «Признать де-факто их правительства, будет означать предоставить им поддержку». Так союзники действовали и в отношении Балтийских стран.

Ф.Бертело, генеральный секретарь французского МИД, заявил, что он уже говорил по этому поводу с лордом Керзоном в Лондоне, и сообщил содержание этой беседы Клемансо, который поддерживает признание де-факто Азербайджана и Грузии с оговоркой, что границы этих государств с Арменией должны быть установлены впоследствии. Керзон согласился с этой точкой зрения. В.Шалойа, министр иностранных дел Италии, заявил, что он также склоняется к признанию де-факто, на тех же условиях, что и в случае с балтийскими странами. Х.Уоллас и К.Матсуи, представители США и Японии, заявили, что запросят по этому поводу мнение своих правительств. При этом Бертело отметил, что признание Азербайджана и Грузии де-факто должно быть совместным актом Верховного совета Антанты.

В итоге, протокол встречи зафиксировал принятое решение о том, «что главные союзные и дружественные державы совместно признают правительства Грузии и Азербайджана де-факто, с оговоркой, что представители США и Японии запросят по этому вопросу инструкции своих правительств».

В тот же день лорд Керзон отправил в лондонский МИД телеграмму, в которой сообщал о том, что по его инициативе Верховный совет Антанты принял решение о признании де-факто Азербайджана и Грузии, о чем представители внешнеполитического ведомства Великобритании могли сообщить двум правительствам на местах.

При этом в телеграмме подчеркивалось, что «признание де-факто независимости грузинского и азербайджанского правительства не влечет за собой, конечно, какое-либо решение относительно их нынешних или будущих границ, и не предопределяет собой ни в малейшей степени решение этого вопроса».

12 января Уордроп сообщил об этом решении правительствам в Тифлисе и Баку.

К этому времени о принятом решении были осведомлены и представители азербайджанской делегации в Париже, хотя официальный текст резолюции о признании де-факто, азербайджанская делегация получила лишь 30 января, после специального обращения к генеральному секретариату конференции с просьбой о высылке текста.

Г.Мамулиа, Р.Абуталыбов

 

| 2020-01-10T12:00:57+04:00 10 января 2020, 11:15|1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...|