Данное интервью является продолжением цикла интервью с политологом, кандидатом наук Айтен Гахрамановой о геополитических и глобальных общественно-экономических метаморфозах, которые происходят сегодня в мире. 

— Ситуация с пандемией никак не идет на убыль по всему миру, хотя идет активная вакцинация. На этом фоне мы видим, как страны мира готовятся к так называемой «перезагрузке». О чем эта «перезагрузка»?

— Когда весной прошлого года, наряду с многочисленными топовыми недоумевающими учеными, Нобелевского лауреата по химии Майкла Левита спросили, когда, по его мнению, прекратится пандемия, ученый, который вплотную анализировал статистические данные и динамику сказал, «когда мы скажем, что она закончилась, тогда она и закончится»… Это к вопросу о том, почему пандемия не идет на убыль.

Сегодня после 1.5 лет, есть основания утверждать, что именно искусственно раздутая скоординированная паника, меры по борьбе с пандемией под руководством ВОЗ в большей степени и послужили кризису здравоохранения, чем сам вирус. Паника и контр-продуктивные меры по борьбе с эпидемий запустили эффект домино с негативными последствиями. Уже с мая месяца 2020-го года начали выходить исследования о том, что меры локдауна не только бесполезны, но и вызывают замедление затухания эпидемии. С тех пор вышло порядка 35 исследований, подтверждающих неэффективность локдауна.

Если просто посмотреть на структуру смертности в Швеции, которая с самого начала адресовала этот кризис как эпидемиологический, а не политический заказ, можно увидеть, что «дополнительная смертность» в 2020-ом году там незначительная — всего 7.7%, в то время как в Испании, которая была известна своими фанатично жесткими мерами достигла 18%, а нековидная дополнительная смертность там составляла в районе 15 000 весной 2020-го года. В Азербайджане та же картина – статистический анализ причин смертности показывает, что в 2020-ом году в стране произошло 10 000 «дополнительных смертей» от сердечных приступов, рака и диабета, в то время как от коронавируса официально умерло не более 6.500 человек.

Далее, шведская структура смертности ясно указывает на возраст (70+) и сопутствующие заболевания как фактор усугубляющий течение болезни. В 2021-ом году в Швеции ожидается падение средних показателей смертности за 10 лет. В целом же, выживаемость при этой инфекции 99.4%, как заявил ВОЗ еще летом 2020-го года, который уменьшается до 99% для группы риска – очень пожилых и очень больных.

С самого начала эпидемий, многие ведущие независимые эпидемиологии и микробиологи говорили, что этот вид коронавируса (пусть даже и искусственно усиленный), как и другие коронавирусы, которыми мы болеем ежесезонно, останется с нами и смешается с другими сезонными респираторными волнами. Более того, высказывались опасения врачами, что антивирусные манипуляции могут привезти к нежелательным мутациям. А вместо этого, лучше сконцентрироваться на лечении осложнений, в случае их возникновения, тем более, что уже 50 лет как существуют эффективные и недорогие препараты, купирующие осложнения.

Так или иначе, очевидно, что так как факторы развития эпидемий различаются по странам, то и ответ на эпидемию должен был быть в соответствии с особенностями страны, а именно, состояния здравоохранения (количество коек на душу населения, врачей и мед персонала; сеть поликлиник); структуры населения (доля пожилого населения); статуса здоровья населения и др.

То же самое касательно медицинских манипуляций, таких как вакцинация. Она не может быть принудительной даже если речь шла бы не об экспериментальном препарате, методология генной терапии, которого имела впереди еще 20 лет исследований, а о простом витамине С. Каждый должен принимать решение для себя сам. И это должно быть информированное решение. Я уже не говорю, о том, что вакцинацию против коронавирусов нельзя приравнивать к другим вакцинациям против других инфекций. Для коронавирусов характерны антителозависимое усиление инфекции, что делало невозможным разработку вакцин против SARS в течении последних 20 лет. А потом вдруг в 2020-ом году за несколько месяцев что-то разработали. Затем, имеются примеры и касательно возможности появления вакцинно-индуцированного штамма в результате массовой вакцинации, как в случае с полио, например.

Буквально на днях, доктор медицины Гилберт Г. Бердин, (окончил Гарвард и MIT) проанализировав данные по США, пришел к выводу, что хотя вакцина обладает некоторой эффективностью в предотвращении болезни, корреляция между болезнью и показателями вакцинации слабая и, что возможно, уровень вакцинации может даже не быть самым важным фактором, так как большая часть отклонений вызвана чем-то другим, а не уровнем вакцинации.

Другими словами, здесь тоже не все так просто, как нас пытаются убедить официальные лица.

Возникает резонный вопрос, почему же тогда вся планета синхронным образом начала принимать одинаковые меры по борьбе с пандемией с сомнительной эффективностью, которые раньше считались ВОЗ неэтичными и нецелесообразными (тотальный локдаун, массовые маско-ношения, принудительная вакцинация); почему заглушают голоса топовых эпидемиологов, вирусологов развернув цензуру в социальных медиа-платформах; из правительственных комиссий исключили всех экспертов, не согласных с оценкой ситуации? Зачем нужно было обрушить мировую экономику при вирусе со смертностью, не намного превышающей сильный грипп? Зачем “выбросили доказательную медицину в окно”, как выразился профессор Ханниген из Центра Доказательной Медицина Оксфордского Университета?

Конечно, за 1.5 года уже на национальных и наднациональных уровнях сформировались структуры, группы интересов, которым бизнес вокруг пандемии приносит миллиардные доходы и политические дивиденды. Но только, наверное, очень наивные не заметили, что происходит нечто большее в планетарном масштабе, чем просто жажда наживы.

А происходит под завесой кризиса здравоохранения, ни много, ни мало – рукотворный запуск перестройки существующей общественно-экономической формации (капитализма).

Называется это План Великой Перезагрузки (Great Reset Plan), который был официально запущен мировыми лидерами в Давосе на очередном заседании Всемирного Экономического Форума 3 июня 2020-го года. Форум и его бессменный президент Клаус Шваб выступают в качестве координаторов, «политбюро» нового мирового порядка, под названием «инклюзивный капитализм» или “капитализм заинтересованных сторон” (stakeholder capitalism).

Что такое Всемирный Экономический Форум, который находится в Давосе, в Швейцарии? Это одна из глобалистких платформ, описывает себя как «глобальную платформу для государственно-частного сотрудничества», которая создает партнерские отношения между корпорациями, политиками, учеными и другими лидерами общества с целью «обсуждения и продвижения ключевых вопросов глобальной повестки дня». Или как описывают Давосский Форум остряки –это место где мультимиллиардеры учат мультимиллионеров тому, как должны жить бедняки.

На январском Форуме 2021 обсуждения продолжались в тематических группах. На сайте ВЭФ вы можете найти план Великой Перезагрузки с сотнями тэгов, которые ведут вас к различным тематическим компонентам. С точки зрения проектного дизайна это грандиознейший проект за всю историю человечества.

Первая фаза перестройки рассчитана на 5-7 лет, как сообщила Кристин Лагард (директор МВФ) еще в начале лета 2020-го года, в ходе которой планируется развернуть инфраструктуру для запуска 4-ой промышленной революции и новых экономических моделей. Как писал в своем блоге Даниэль Добрыговски, глава департамента корпоративного управления ВЭФ: «Великая перезагрузка требует новых институтов и бизнес-моделей, а также новых цифровых технологий для их создания, однако необходимое сотрудничество возможно только в том случае, если мы решим проблему цифрового доверия». О чем это он?

Дело в том, что Великая Перезагрузка призывает к реструктуризации всех аспектов нашего общества, а это возможно только в том случае, если люди будут доверять технологии биоэлектронного наблюдения, которую мировые лидеры планируют развернуть как основу этих самых новых экономических моделей. Это включает такие инвазивные «кризисные технологии» слежения как, например, CovidPass. В одном из докладов ВЭФ прямо говорится, что приложения для отслеживания контактов могут быть мощным оружием против вируса, но они также могут быть инструментами для государственного надзора.

С пандемией у ВЭФ появился прекрасный предлог быстро реализовать свое видение переформатирования общества к более агрессивному технократическому будущему, в котором они видят залог счастливого будущего человечества. Они называют его «хэппитализмом», где «вы не будете ничем владеть, но вы будете счастливы», как гласит промо видео ВЭФ. Так что, если бы коронавирус чудесным образом исчез с лица земли сегодня, пришлось бы ВЭФ ждать нового глобального кризиса, поэтому думаю пандемический нарратив будут поддерживать еще года 4. Но все может измениться, если хотя бы одна из стран большой 7-ки откажется от проекта. Например, если бы Трамп остался на второй срок, реализация Перезагрузки стала бы невозможной в 2020.

Проект амбициозен и не факт, что получится его реализовать в той мере и такими темпами, какими это планируют мировые лидеры в Давосе. Кристиана Фигерес, глава Рамочной конвенции ООН об изменении климата, не преувеличила выдав в 2015 году, что впервые в истории человечества пред ними стоит самая сложная задача — намеренно трансформировать модель экономического развития, которая царит в течение как минимум 150 лет.

Решение о переходе к новой общественно-экономической формации, которая по сути напоминает корпоративный коммунизм модели 2.0, было принят много лет назад, но только сейчас давосская мировая элита видит узкую возможность создать новый мировой порядок из хаоса, вызванного коронавирусом (вспомним концепцию «управляемого хаоса» Манна).

— Итак, в чем суть Великой Перезагрузки?

— Cуть ее в обнулении сегодняшней мировой экономической системы и создание качественно новой гибридной формации, суть которой заключается в лидирующей роли транснациональных корпораций в управлении регионами, странами, и всего, что касается жизни человека, включая его трансформацию идеологией трансгуманизма из вида Homo Sapiens в нечто новое. Некоторые называют это новый вид нано-человек или пост-человек, который будет доминировать к концу XXI в. Другими словами, будущее, которое нам показывали в футурологических фильмах, планируется развернуть в следующие 30 лет.

Вообще, исторически можно выделить несколько ключевых тем для всех глобалистких платформ, включая ВЭФ: 1) сокращение численности населения планеты; 2) де-индустриализация; 3) ослабление национальных суверенитетов; 4) выстраивание инфраструктуры цифровой системы управления и слежения; 5) трансгуманизм; 6) создание единого мирового правительства.

Последние 50 лет глобалисткие академики сформировали определенный идеологический рассказ, обосновывающий необходимость нового мирового порядка и единого мирового правительства: мир  перенаселен и ресурсов на всех не хватает, а либеральная демократия не эффективна и не справляется с угрозами человечеству; поэтому все ресурсы и власть должны быть сконцентрированы в руках транснациональных корпораций, которые будут эффективно перераспределять ресурсы в обществе. Это то, о чем говорит Клаус Шваб, и ВЭФ используя термин «государственно-частное партнерство», где корпорация будет играть «социально ответственную роль».

Инструментарий для построения новой архитектуры мирового порядка будет пролегать через установление (a) глобальной санитарной диктатуры как системы управления и (b) разворачивание де-индустриализации через «зеленую экономику», что ознаменует собой сокращение потребления и замену экономики свободного предпринимательства на ресурсную, дистрибутивную экономику.

План Великой Перезагрузки существовал задолго до пандемии коронавируса, и ВЭФ ждал глобальный кризис, чтобы воспользоваться им. Надо полагать, что глобальный кризис случайно попал на круглую дату 2020, два месяца спустя после масштабной симуляции учения по пандемии коронавируса Event-201 на высочайшем уровне, под эгидой Всемирного Экономического Форума, Фонда Гейтсов, и Медшколы Университета Хопкинса и др.

Все выступающие на саммите Давосского Форума в июне 2020 и в январе 2021, не уставали повторять, что пандемия представляет собой редкое, узкое окно возможностей для перезагрузки нашего мира для создания «более здорового, справедливого и процветающего будущего». И это понятно, ведь до 2020 года внедрение глобальных ограничений, которые разрушают экономику свободного предпринимательства, уничтожают средний класс и оставляют людей без средств к существованию, лишают граждан их конституционных прав, ввод инвазивных «кризисных технологий» никогда не были бы приняты гражданами свободного общества, если бы не страх перед пандемией…

— Многие говорят о «четвертой промышленной революции». В Азербайджане даже создан Комитет 4-ой Индустриальной Революции. Что подразумевает эта Революция? К чему она приведет?

— Да, до вчерашнего дня, Азербайджан был единственным государством на постсоветском пространстве, где создан подобный Комитет. На днях  такой Комитет был создан и в России.

До 4-ой промышленной революции, наша цивилизация прошла первую промышленную революция, которая происходила в 18-19 вв., ключевыми предпосылками которой был аграрный переворот, механизация ручного труда. Вторая промреволюция началась в 1870 году и продолжалась до 1914 с нарастающим внедрением научных достижений в производство, использованием конвейера в поточно-массовом производстве. Третья промреволюция началась в 1960-е годы и характеризовалась автоматизацией производства, развитием связи, созданием сетей персональных компьютеров, появлением сотовых телефонов.

Один из основных столпов Плана Великой Перезагрузки – запуск 4-ой Индустриальной Революции, которую пандемические меры призваны форсировать. Как говорил Чубайс, «пандемия пройдет, а цифра останется».

— Что он имеет ввиду?

— А то, что разворачивающаяся под предлогом пандемии цифровизация обеспечивает необходимую инфраструктуру для 4-ой Индустриальной Революции, базисе нового мирового порядка пост-капитализма. Консенсус касательно перехода на «цифровую экономику» в его трансгуманистической повестке под названием, 4-ой промышленной революции был достигнут еще в июне 2019 на встрече Большой 20-ки -“G-20” в Осаке.

4-ая Индустриальная Революция — это про массовое внедрение киберфизических систем в сферу производства и услуг, которая запустит «экономику миллиарда сенсоров», которая в свою очередь зиждется на сборе, трансляции и анализе Больших Данных правительствами и корпорациями, на основе которых будет обучаться искусственный интеллект и приниматься решения.

В более широком смысле, 4-ая Индустриальная Революция это про био-цифровую конвергенцию: интерактивное сочетание, вплоть до слияния, цифровых и биологических технологий и систем. Например, если посмотрите официальный аналитический центр Канадского правительства «Policy Horizons Canada», их форсайт программа «Bio-digital Convergence» подробно говорит о стирании границ между биологическими и цифровыми системами, между живыми и неживыми организмами и о том, как это может привести к «новым человеческим телам» и новым ощущениям человеческого самосознания.

Нужно отметить, что в отличие от предыдущих промышленных революций, которые развивались постепенно и естественно, 4-ая Индустриальная Революция будет развиваться экспоненциально, что значит, что общество не сможет безболезненно к ней адаптироваться, не говоря уже про этику, о которой уже сегодня никто не вспоминает. А про то, что технологии свободные от этических рамок могут принести человечеству больше горя, чем счастья писали известные философы и писатели с 1930-ых годов.

Про какие именно технологии идет речь? Прежде всего это Интернет Всего (IoE), который стремится объединить в сеть все вокруг, включая, то, что внутри нас, что приведет к появлению интерфейсов, объединяющих все — от макро до нано масштабов. Достижения в области нанотехнологий и коммуникационной техники проложили путь к Интернету Нано-вещей (IoNT), основанному на синтезированных материалах, электронных схемах и взаимодействии посредством электромагнитных волн.  Идут разработки Интернета био-нано вещей (IoBNT), архитектура которой вращается вокруг создания способности связываться и взаимодействовать с биологическими системами.

4-ой Индустриальная Революция – это про внедрение искусственного интеллекта, автоматизацию, редактирование человеческих генов, про сужение частного пространства, про контроль государством и корпорациями всех аспектов жизни человека через внутреннее и внешнее оцифрование. Внутреннее оцифрование будет происходить через нейронную пыль, тату сенсоры, биоимпланты, биороботы; внешнее через носибельные контрольные предметы такие как браслеты, ошейники, одежда, аппараты связи.

Ну и конечно смарт системы «умный дом», «умный город», которые преподносят как повышение качества жизни человека, по сути, являются городской военной машиной, в которой массовое наблюдение криминализирует повседневную жизнь. Смарт технологии являются одним из важнейших инструментов слежения за людьми и сбора больших данных. На эту тему у известного эксперта по политэкономии цифровых систем Садовски есть замечательная книга «Too smart», которая подробно разбирает риски, связанные со смарт технологией, и как она может привести к диктатуре и тоталитаризму корпораций и технократов. Чтобы избежать этой участи, он дает ряд рекомендаций, среди которых демократизация инновации, где власть и контроль не должны принадлежать «меритократии», а люди должны требовать прозрачности и подотчетности от тех, кто создает интеллектуальные системы; превращение умных технологий в общественное благо через принуждение правительств финансировать «общественно полезное производство»; предоставление людям права владения своими данными, что удержало бы технологических гигантов от получения от них прибыли. Все это помогло бы избежать угрозы комодификации человека в новой экономической модели.

 

Исполнительный директор Microsoft недавно заявил, что если регуляторы не начнут принимать соответствующие законы, регулирующие внедрение искусственного интеллекта и достижений 4-ой индустриальной революции, то уже к 2025 году мы окажемся в Оруэловском обществе. Действительно, уже пора начинать обращать внимание на такую область как нейроправа человека, например. Дело в том, что достижения в области мозговых технологий подталкивают к разработкам нейроправ человека — область, на которую азербайджанскому Комитету 4-ой Индустриальной Революции нужно обратить особое внимание. Об этом уже говорит Колумбийский Университет и ряд стран. Например, ожидается, что законодатели Чили примут конституционную реформу, блокирующую технологию, которая стремится «усилить, ослабить или нарушить» психическую целостность людей без их согласия.

Эксперт по этому вопросу Рафаэль Юсте из Колумбийского университета утверждает, что некоторые из этих технологий уже существуют, и даже самые удаленные из них будут доступны в течение 10 лет. Речь идет о том, чтобы входить в химические процессы мозга и стимулировать или подавлять их, влияя на принятие решений. Наука уже открыла возможность создания гибридных людей с искусственно усиленными когнитивными способностями. Риск заключается в том, что без надлежащих мер безопасности технология может быть использована для изменения мыслей людей, используя алгоритмы через Интернет для перепрограммирования их жесткой схемы, чтобы диктовать их интересы, предпочтения или модели потребления.

Вся вышеперечисленная контрольно-отслеживающая система 4-ой индустриальной революции и новых экономических моделей будет разворачиваться на основе инфраструктуры 5G, поэтому можно сказать, что мир будет принадлежать тем, кому принадлежат 5G (а это в основном Китай и США). Идущие процессы, по признанию самих же давосских идеологов, несут в себе очень реальные риски роста нестабильности и коллапса всей мировой системы. Поэтому, на мой взгляд, важно, чтобы в обществе уже сегодня началось обсуждение на всех уровнях роли технологий в нашем обществе, и как нам сделать так, чтобы технологии послужили на благо человечества, а не человек превратился в придаток технологии. К сожалению, ни наше правительство, ни гражданское общество, ни политические партии, ни медиа (за исключением #), ни бизнес сообщество не поднимают эти вопросы.

-В условиях глобальных изменений, о которых вы рассказали, что будет с такими институтами как государство?

— Как я отметила выше, один из дискуссионных пунктов глобалистов был и остается подрыв суверенитета национальных государств, которых они считают неэффективными, ксенофобными и конфликтными. Однако, происходит, нелобовое уничтожение суверенитетов и модели национального государства. Но, неоглобалисты, стремятся получить консенсус на легитимацию своего гранд проекта нового мирового порядка и поддержку широких слоев общества на «перестройку снизу».

Поэтому, как правило, международные программы облекаются в позитивные обороты и фразы, такие как например, «Цели Устойчивого Развития», “Повестка 2030”. Действительно, кто же не хочет положить конец бедности или спасти планету для будущих поколений? Именно об этой «перестройке снизу» говорил академик Р. Гарднер в своей статье «Hard road to world order» (Тяжелый Путь к Мировому Порядку) в журнале Foreign Affairs в 1974. Гарднер, будучи членом Трехсторонней Комиссии, главного мозгового центра проекта нового мирового порядка, обрисовал более эффективную стратегию действия для достижения цели нового экономического порядка: он говорит о задачах «обхода национального суверенитета, разрушая его по кусочкам», о построении нового порядка «снизу вверх», и при этом о неэффективности «старомодного лобового нападения».

Мы также слышим заинтересованность в общественном принятии нового мирового порядка «инклюзивного капитализма» и в речах Линды Ротшильд, главы организации «Совет Инклюзивного Капитализма», альянса корпораций с Ватиканом. О необходимости нового общественного договора постоянно говорит и сам Клаус Шваб.

Так вот, Международный Договор по Пандемической Готовности, который готовится под эгидой ООН, будет играть роль нового общественного договора. Если национальные элиты подпишут его в ноябре, то все пандемические меры, предложенные ВОЗ и корпорациями станут обязательными к исполнению странами. Это значит, как сказал наш Минздрав на вопрос журналиста о пользе масок — «Если ВОЗ сказал носить маски, значит нужно носить». Иными словами, если недемократичный технократ ВОЗ или ООН прикажет всем сидеть в локдаунах, пандемических и климатических, носить детям в школе маски, принимать экспериментальные биоинженерные инъекции каждые пол-года или лечить все болезни по ковидному протоколу, разрушать экономику, то так оно и будет. И никто особо не будет заботиться о доказательной медицине.

В этом случае, наше государство не будет уже обладать суверенным правом решать какие меры принимать по эпидемии, как лечить своих больных и т.д. Неспроста ведь «механизм пандемической готовности» промотировался ВОЗ и лично Биллом Гейтсом на протяжении последних 20 лет очень методично и систематически, терпеливо преодолевая экспертную оппозицию в отдельных странах.

Инструментальность «механизма пандемической готовности» в контексте 4-ой промышленной революции привлекательна тем, что управление болезнями включает уникальный подход упреждающего контроля, включающий ограничение передвижения, заключение людей в специальные центры, отслеживание, оцифрование, централизацию данных.

Инфраструктура «механизма пандемической готовности» позволяет синхронизировать в глобальном масштабе важные меры ограничений свобод и социального переформатирования под предлогом существования «глобальной общественной угрозы». Не будем говорить о том, что само определение, что есть угроза и определение ее степени и есть один из видов осуществления и злоупотребления власти. Итак, под этим предлогом возможно — введение чрезвычайных положений и анти-конституционных мандатов на неопределенный срок; ограничение передвижения; сворачивание классного образования и офисной работы; развертывание лабораторий, разрабатывающих новые усиленные вирусы (gain-of-function-research); разворачивание инфраструктуры массового тестирования новых медицинских методов на людях; разрушение экономических секторов и социальных классов не нужных новым экономическим моделям; введение «новых нормальностей» как инструмента социального переформатирования.

Но самое важное, инфраструктура «пандемической готовности» представляет возможности и предлог для внедрения технологий 4-ой индустриальной революции, которые в большей степени нацелены на подчинение  человека технологиям и создании сети цифровых систем слежения и управления, чем на повышения «удобства и комфорта» человека.

Таким образом, с закреплением “механизма пандемической готовности” в готовящемся по Международному Соглашению по Пандемической Готовности обязательным к исполнению, локдаун станет политической системой, навязанной ВОЗ и корпорациями. Надо сказать, локдауны эффективно выполняют несколько важнейших задач в контексте Плана Великой Перезагрузки.

Во-первых, экономическая цель, которая заключается в демонтаже «неустойчивых» секторов экономики и разгроме малого и среднего бизнеса, который не нужен в новых экономических моделях; в форсировании инвестиций в определенные сектора таких как фармакология, биоинженерия и высокие технологии, искусственный разум, которые призваны вывести мировую экономику из стагнации инновациями; в внедрение инфраструктур дистанционных работ и образования, сокращая затраты.

Во-вторых, политическая цель, которая заключается в поддержании пандемических настроений и убеждений, что ограничения вводятся исключительно ради безопасности граждан. Это нужно, чтобы оправдать триллионы стимулов, необходимых для “перезагрузки” капитализма; сформировать имидж правительства как «спасителя»; возможность торговли с различными политическими силами.

Во-третьих, психологическая цель, которая заключается в приучении людей к беспрекословному подчинению (ходить в масках, по стрелкам, кружочкам и крестикам); де-ассоциации людей друг от друга и максимальное внедрение экрана в жизнь людей; создание депрессивной обстановки, которая ломает волю к сопротивлению, инициации более нюансного дискурса.

В-четвертых, репрессивная цель, которая заключается в нейтрализации потенциальных очагов беспорядков в будущем через развертывание технологии контроля и слежения. Все отчеты западных спецслужб прогнозируют повышение градуса массовых беспорядков, социальных взрывов в следующие 15 лет.  В результате глобальных реформ и автоматизации, растущий уровень безработных представит потенциальную опасность для правительств мира. Фокус, например, администрации Байдена на переключение от «международного терроризма» на борьбу с «внутренним терроризмом» это про нейтрализацию внутренней оппозиции и сопротивление новым нормальностям.

В пятых, антигуманитарная цель, которая заключается в создании и поддержании паники и психоза и как его следствие, краха здравоохранения, что увеличивает дополнительную смертность. Тем самым, поддерживается ошибочное впечатление о смертоносности вируса, и оправданности всех последующих антиконституционных мер. Кроме того, паника и психоз, наряду с задержкой или прекращением услуг здравоохранения нековидным больным, и саботажем возможной эффективной терапии также ускоряет смертность уязвимых слоев населения.

И еще один важный момент. В контексте функциональности «механизма пандемической готовности», биоинженерные технологии и фармакология призваны в следующие 20 лет сыграть роль локомотива вывода мировой экономической системы из стагнации путем привлечения инноваций и инвестиций в эту индустрию. При этом, генная медицина 21 века и фармакология будут базироваться на перспективной генной терапии. Но эти технологии требуют массовых экспериментов, чтобы ускорить процесс разработок и внедрение их в производство, с целью вернуть инвестиции. Гейтс в свою очередь посвятил общественность в свои планы развернуть платформы одновременного тестирования до 20% населения планеты на различные микроорганизмы. Учитывая, что каждый из нас носит в себе 2-3 кг различных бактерий, вирусов, грибков, то система постоянно будут находить что-то «новое», давать название и «лечить» нас от этого, обеспечивая бесперебойно функционирующую систему.

В этом контексте ковид-паспорта как часть «кризисных технологий» имеют функцию централизовать систему информации о приеме экспериментальных препаратов, и подключения ее в будущем к цифровому кошельку или к системе генерирования социального кредита. Поэтому в проекте ООН Альянс “ID-2020” откуда родом ковид-паспорта, под начальством Майкрософт, вовлечены не только Gavi Vaccine Alliance, Accenture, Фонд Рокфеллера, но и Mastercard. Кстати, оттуда в прошлом году ушла их главный юрист в знак протеста против нецелевого использования технологий, которые, по ее словам, могут привести к нарушению неприкосновенности частной жизни людей, свободу ассоциаций, собраний и передвижения. Год спустя, мы видим, что ее опасения были небеспочвенны…

Таким образом, налицо все признаки возвышения санитарной диктатуры как новой модели управления в глобальном масштабе, и Международное Соглашение о Пандемической Готовности призвано закрепить ее на уровне международного права. Что оно означает для государства? Это Cоглашение усилит ресурсы местных, национальных технократий, но ослабит их перед лицом наднациональной технократии. Постепенно, несмотря на внешнее сохранение национальных символик, фактический суверенитет модели «нация-государство» будет расплываться…

О том, как глобальная «перезагрузка» отразится на нашей жизни в ближайшие 10 лет, мы поговорим с Айтен Гахрамановой в нашем следующем интервью.

 

 

image
(6 оценок, среднее: 5,00 из 5)