На просторах интернета и в специфических околоисторических пабликах всплыл очередной шедевр ура-патриотической фантастики, от которого у любого профессионального лингвиста и историка начинается приступ нервного смеха. Согласно этой свежей «сенсации», оказывается, современный таджикский язык… придумали армяне! Схема описывается с неподдельной детской наивностью: жил-был в 1930-х годах первый секретарь ЦК КП(б) Таджикистана Сурен Шадунц, которому якобы стало скучно без реформ, и он повелел методисту Степану Арзуманову за пару месяцев на коленке состряпать для целой древней нации новый язык. Так, по версии авторов этого бреда, Арзуманов стал ни много ни мало «отчимом» таджикского языка, а целый народ — обязанным армянской гениальности за то, что вообще научился связывать слова в предложения.
Если разобрать этот исторический анекдот с точки зрения фактов, то перед нами обычная, густо замешанная на невежестве утка. Партийный функционер Шадунц просто выполнял стандартные директивы Москвы по ликвидации неграмотности, за что, к слову, в 1938 году и получил свой законный советский расстрельный приговор. А Степан Арзуманов был всего лишь составителем вполне добротных учебников и самоучителей таджикского языка для русскоязычных. Объявлять автора учебника «создателем языка» — это всё равно что назвать составителя русско-английского разговорника отцом английской нации. Настоящими архитекторами современного таджикского литературного языка были великий писатель Садриддин Айни и целая плеяда таджикских филологов вместе с академическими иранистами АН СССР, но мифотворцам факты не интересны, когда на кону стоит очередная порция виртуального величия.
Самое поразительное в этой истории — это совершенно особая, клиническая форма лингвистической шизофрении, которой страдают подобные авторы. Каким-то невероятным образом уживается непреодолимое желание «подарить» письменность, культуру и язык абсолютно всем вокруг — от таджиков и персов до европейских народов, — и при этом полное бессилие перед собственным языковым багажом. Ведь если заглянуть в армянский лексикон и топонимику, то выяснится, что колоссальный пласт современной армянской речи, не говоря уже о бытовой терминологии, именах и фамилиях, прямо или косвенно заимствован из тюркских языков.
В связи с этим возникает логичный и весьма желчный вопрос: если вы такие всемогущие творцы языков и культур, создающие грамматики для древних народов Средней Азии за пару месяцев, почему бы вам для начала не придумать собственные фамилии? Почему огромная часть населения до сих пор ходит с фамилиями, имеющими чисто тюркские корни и суффиксы, но при этом на полном серьезе рассказывает сказки о том, как их предки обучили письменности половину земного шара? Заниматься языковым реконструированием для других, силясь скрыть тюркский пласт в собственном обиходе — это не просто ирония судьбы, это самый настоящий диагноз.
Эта неуёмная тяга примазаться к истории и наследию действительно древних и самобытных народов — классический, учебный симптом глубоко укоренившегося комплекса неполноценности. Когда собственной реальной истории не хватает для удовлетворения раздутого эго, в ход идет массовое производство фейков: Низами объявляется чуть ли не армянским поэтом, таджикский язык — продуктом работы Арзуманова, а любой исторический архитектурный памятник на Кавказе — древнеармянской стелой. Попытка сделать весь мир своим «должником» выглядит не просто комично, а откровенно жалко.
И ведь никто в современном мире не чувствует себя обязанным после таких «открытий». Наоборот, кроме волны общественного гнева, раздражения и брезгливого хохота, подобные утки армянским авторам ничего не приносят. Уважение к культуре любого народа угасает ровно в тот момент, когда на арену выходит очередной интернет-идиот с бредовой идеей о том, что его племя создало всю мировую цивилизацию. Вместо того чтобы вызывать уважение, такие авторы превращают свою же культуру в объект постоянных насмешек и мемов.
Исторический парадокс заключается в том, что таджикская культура, восходящая к вековым персидским традициям, поэзии Рудаки и Фирдоуси, вообще не нуждается в оценках или «подарках» от заезжих советских бюрократов. Таджикский язык существовал, развивался и звучал на просторах Азии задолго до того, как партийные функционеры тридцатых годов прошлого века получили свои кабинеты в Сталинабаде. И попытка приписать великое наследие одного народа трудам одного составителя учебников выглядит как неуклюжая попытка карлика приписать себе рост гиганта, на плечи которого он случайно залез.
Пора бы уже закрывать эту лавочку фантомного величия и прекращать заниматься лингвистическим мародёрством в интернете. Никакие статьи о «великом армянском вкладе» в таджикский язык не перепишут реальную историю и не заставят мир поверить в эти сказки. Пора наконец вылечиться от синдрома «мы придумали всё всем», опуститься на грешную землю, заняться собственной культурой и перестать позориться на весь мир очередными идиотскими утками, которые не выдерживают даже поверхностной проверки банальными фактами.
Агиль Гахраманов
