Информационная среда Азербайджана за последние годы изменилась настолько быстро, что привычное противопоставление «телевидение против интернета» уже практически потеряло смысл. Сегодня человек может утром увидеть новость в социальной сети, затем посмотреть её обсуждение на YouTube, прочитать комментарии, найти публикацию на новостном сайте и только после этого обратиться к телевизионному сюжету или официальному источнику. При этом разные каналы используются не только по разным причинам, но и с разным уровнем доверия. Новое социологическое исследование, проведённое в Азербайджане летом 2026 года, показывает очень интересное противоречие: социальные сети стали главным каналом получения информации, но по уровню общественного доверия они заметно уступают телевидению и новостным сайтам. Это означает, что человек уже живёт в цифровой информационной среде, однако всё ещё не считает цифровую среду автоматически надёжной.
Масштаб цифрового перехода действительно огромен. По оценке DataReportal, в конце 2025 года в Азербайджане насчитывалось около 9,27 миллиона пользователей интернета, что соответствовало примерно 89 процентам населения. Количество активных идентификаторов пользователей социальных сетей оценивалось в 7,61 миллиона, или около 73,1 процента населения. При этом сами исследователи специально предупреждают, что число таких идентификаторов не следует механически считать количеством уникальных людей, поскольку один человек может иметь несколько аккаунтов или пользоваться несколькими платформами. Но даже с этой оговоркой масштаб говорит сам за себя: социальные сети перестали быть дополнительным источником информации и превратились в один из главных элементов повседневной информационной инфраструктуры страны.
Особенно показательно исследование, проведённое Агентством развития медиа Азербайджана 25 июля — 2 августа 2026 года среди 1200 совершеннолетних респондентов. Согласно его результатам, 81,8 процента опрошенных получают информацию из социальных сетей. Телевидение назвали источником информации 55,9 процента, новостные сайты — 48,8 процента, членов семьи и окружающих людей — 37,9 процента. Радио оказалось значительно ниже — 5,8 процента, зарубежные СМИ — 4,8 процента, а газеты и журналы — 2,8 процента. Среди молодых людей доля тех, кто получает информацию из социальных сетей, достигла 94,1 процента. Это уже не просто изменение медиапотребления: это изменение самого механизма формирования общественной повестки, когда первый контакт человека с новостью происходит не в редакции и не в эфире, а в ленте социальной платформы.
Но здесь появляется наиболее интересный парадокс. Социальные сети являются главным источником информации, однако доверяют им далеко не так сильно, как телевизионным каналам. В том же исследовании первое место по уровню общественного доверия заняло телевидение — 64,6 процента. Далее следуют новостные сайты с 43 процентами, социальные сети — с 31,4 процента, радио — 20,2 процента, а газеты — 9,6 процента. Получается очень характерная картина: социальные сети выигрывают борьбу за внимание, но пока не выигрывают борьбу за доверие. И это принципиально важно. Человек может узнать новость в Instagram, TikTok, Facebook, Telegram или другом цифровом канале, но затем искать подтверждение в телевизионном сюжете, на новостном сайте или в официальном сообщении. Иными словами, современный гражданин всё чаще использует социальные сети для обнаружения информации, но не обязательно для её окончательной проверки.
Ещё тревожнее выглядит ситуация с проверкой информации. Согласно тому же исследованию, примерно половина пользователей социальных сетей вообще не проверяет достоверность сведений, с которыми сталкивается на этих платформах. Это, пожалуй, одна из самых важных цифр всей картины. Она показывает, что проблема сегодня заключается не только в наличии дезинформации, но и в отсутствии устойчивой привычки проверять её. Социальная сеть устроена таким образом, чтобы человек быстро переходил от одного сообщения к другому, а эмоциональная, сенсационная или скандальная публикация зачастую получает гораздо больше внимания, чем спокойное и тщательно проверенное объяснение. В результате скорость распространения начинает конкурировать с качеством информации, а эмоциональная убедительность может оказаться сильнее фактической точности.
При этом было бы ошибкой считать, что традиционные СМИ автоматически обладают абсолютной монополией на правду. Высокий уровень доверия к телевидению говорит прежде всего о восприятии этого источника обществом, а не о том, что каждый телевизионный материал безусловно точен. Доверие формируется годами, привычкой, узнаваемостью бренда, ощущением официальности и доступностью источника. Телевидение для многих людей остаётся пространством, где информацию воспринимают как уже «отобранную и проверенную». Новостной сайт занимает промежуточное положение: он быстрее телевидения, но всё ещё сохраняет редакционную структуру, авторство и ответственность за публикацию. Социальная сеть, напротив, смешивает в одной ленте профессионального журналиста, очевидца, блогера, политика, анонимный аккаунт и пользователя, просто пересказавшего чужое сообщение. Именно поэтому вопрос доверия здесь становится значительно сложнее.
Мировая картина показывает, что Азербайджан в этом отношении не является исключением. Reuters Institute в Digital News Report 2026 отмечает, что в среднем по 48 рынкам социальные сети и видеоплатформы впервые стали наиболее распространённым способом доступа к новостям: ими пользуются 54 процента опрошенных, тогда как сайты и приложения самих новостных организаций — 51 процент. При этом общий уровень доверия к новостям в исследованных странах снизился до 37 процентов — минимального уровня за всё время измерений Reuters Institute. Одновременно 62 процента респондентов выражают обеспокоенность фейковыми новостями. Получается глобальный парадокс: аудитория всё сильнее зависит от платформ как от источника информации и одновременно всё меньше уверена в информационной среде, через которую эта информация приходит.
Важной особенностью нового информационного пространства становится рост роли отдельных авторов и блогеров. Reuters Institute отмечает, что примерно 27 процентов аудитории в исследованных странах получают новости от отдельных авторов или инфлюенсеров, специализирующихся на новостях, а 46 процентов получают хотя бы часть информации от создателей контента в целом. При этом пользователи считают таких авторов более понятными, близкими и интересными, но в среднем менее надёжными и менее беспристрастными, чем традиционные медиабренды. Это очень важный сигнал и для азербайджанского медиарынка. Популярность журналиста, аналитика или блогера всё чаще определяется не размером редакции, а личным авторитетом, стилем общения и способностью объяснить сложную тему простым языком. Медиа постепенно движется от модели «издание говорит с аудиторией» к модели «персона говорит непосредственно с аудиторией».
В эту систему стремительно входит и искусственный интеллект. Reuters Institute сообщает, что в 2026 году около 10 процентов опрошенных в исследованных странах используют AI-чатботы для получения новостей, против 7 процентов годом ранее. Среди людей младше 35 лет показатель достигает 16 процентов. Это ещё один фундаментальный сдвиг: если социальная сеть изменила путь от новости к пользователю, то искусственный интеллект начинает менять сам способ поиска и объяснения новости. Человек уже может не открывать десять публикаций, а спросить у AI, что произошло, почему это произошло и какие существуют точки зрения. Но здесь появляется новый вопрос доверия: пользователь часто не видит исходный источник и может воспринимать готовое объяснение как более достоверное только потому, что оно сформулировано уверенно и последовательно. Поэтому в будущем борьба за доверие будет идти уже не только между СМИ и социальными сетями, но и между различными системами фильтрации информации.
Для Азербайджана это особенно важно ещё и потому, что информационная среда развивается одновременно с расширением цифровой инфраструктуры. Государственный комитет по статистике отмечает постоянное развитие интернет-доступа, а объём информационно-коммуникационных услуг в январе–августе 2026 года достиг 2,748 миллиарда манатов, увеличившись в реальном выражении на 10,7 процента по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Особенно быстро росли услуги программирования и связанные с ними консультационные услуги, интернет-услуги и информационные услуги. Таким образом, цифровизация информационного пространства поддерживается не только ростом числа пользователей, но и расширением самой технологической экономики. Интернет становится не отдельным сегментом жизни, а инфраструктурой, через которую человек получает услуги, работает, учится, общается и получает новости.
Однако вместе с цифровыми возможностями растут и риски информационных манипуляций. В 2026 году Агентство развития медиа Азербайджана неоднократно предупреждало о распространении в социальных сетях непроверенной и не имеющей понятного источника информации, особенно во время напряжённых международных событий. Сам по себе факт таких предупреждений показывает, насколько быстро информационные вбросы могут проникать в общественное пространство в момент кризиса. В подобных условиях аудитория нуждается не просто в большем количестве информации, а в более качественных механизмах её проверки. Для журналистики это означает возвращение к фундаментальным принципам: установление источника, проверка фактов, предоставление позиции другой стороны, отделение факта от комментария и отказ от публикации того, что невозможно подтвердить. Для самого пользователя это означает необходимость хотя бы элементарной медиаграмотности — привычки спросить, кто это сообщил, откуда информация взялась и есть ли независимое подтверждение.
В конечном счёте главный вопрос сегодня заключается не в том, победят ли социальные сети телевидение или исчезнут ли традиционные СМИ. Они уже взаимно встроились друг в друга. Телевидение публикует материалы в социальных сетях, новостные сайты строят аудиторию через Telegram, YouTube и другие платформы, журналисты становятся самостоятельными медийными персонами, а социальные сети всё чаще служат первым пунктом входа в новость. Поэтому будущее доверия к СМИ в Азербайджане будет определяться не громкостью заголовка и не количеством подписчиков, а способностью медиа убедить аудиторию в собственной профессиональной добросовестности. Человек может получить новость в социальной сети, но доверие он отдаёт тому источнику, который способен показать доказательства, объяснить контекст и признать ошибку, когда она действительно произошла. В новой информационной реальности выигрывать будет не тот, кто первым крикнул о сенсации, а тот, кто сумел первым дать точный, проверенный и понятный ответ. Именно поэтому доверие становится главным капиталом журналистики — и одновременно самым дефицитным ресурсом цифровой эпохи.
Автор
Агиль Гахраманов
