В Фонде страхования задумались о законности вкладов, когда пришло время платить  

Фонд страхования вкладов отказывается компенсировать застрахованные вклады, в частности, это касается вкладчиков AGBank и NBCBank. Аргумент фонда – этим банкам в свое время орган банковского надзора запретил принимать вклады физических лиц, однако банки нарушили это требование и теперь вклады незаконны.  Компенсировать их структура отказывается. Примечательно, что на протяжении трех лет приведенное обстоятельство не мешало Фонду страхования принимать взносы по таким депозитам AGBank, а банковский надзор не имел никаких претензий. 

После интервью # с банковским юристом Акрамом Гасановым https://zerkalo.az/fond-strahovaniya-otkazyvaetsya-platit-o-prichinah-massovogo-nedovolstva-vkladchikov-obankrotivshihsya-bankov/ новоназначенный исполнительный директор Фонда страхования Турал Пириев провел пресс-конференцию по этой проблеме в двух упомянутых банках. Он сообщил, что вклады были приняты незаконно, но признал, что граждане в этом не виноваты. По словам главы Фонда страхования, возглавляемая им структура через Кабинет Министров обратится за решением этого вопроса в Конституционный суд (Фонд страхования не может обращаться в КС напрямую), предлагая вкладчикам дождаться вердикта по этому вопросу высшего органа конституционного правосудия.

Обращение Фонда страхования в правительство не означает, что Кабинет министров обязательно на этой основе обратится в Конституционный суд, сообщил Гасанов в беседе с #. Также неизвестно, станет ли КС рассматривать этот вопрос, поскольку судебный орган конституционного контроля обычно имеет дело с толкованием закона. Иными словами – перспективы туманны. В прежней нашей беседе с экспертом банковского права уже отмечалось, что вклады, о которых идет речь, застрахованы, а Фонду страхования следует выплатить компенсации вкладчикам закрывшихся банков. В противном же случае клиенты могут подать в суд на Фонд страхования.

Однако на проблему можно посмотреть под другим ракурсом, говорит Гасанов. Действительно ли банки нарушили требование надзорной инстанции, или Фонд страхования ищет повод не платить компенсации вкладчикам? Возникают вопросы сугубо экономического и правого характера, о них и пойдет речь.

«Представьте, что клиент хочет разместить вклад, а банк ему отказывает. Может ли такое быть в принципе? Мы еще можем себе представить отказ банка выдать кредит, но речь идет о вкладе! Ведь это почти тоже, что вы, например, идете в магазин, а вам отказывают продавать выставленный на витрине товар, — приводит пример Гасанов. – Правда ведь, сложно представить магазин, где не рады покупателю. Это заведомо ненормальная ситуация, как и в случае с банком, отказывающимся от вкладов». Стоит ли говорить, что отказ банка принять вклад за короткое время станет достоянием общественности. Об этом узнают все, немного думая, вкладчики и прочие клиенты нахлынут в такую финансовую структуру, чтобы забрать свои деньги. Банк будет парализован, поскольку не может вернуть одновременно все деньги всех клиентов — большая часть этих средств выдана под кредиты.

Опуская вопросы к законности такого решения – орган банковского надзора может ограничить те или иные виды банковских операций -, юрист предлагает включить логику и подумать: насколько правильно запрещать прием вкладов банку с экономической точки зрения? Банк лучше просто закрыть, считает Гасанов, поскольку, следуя такому ограничению, финансовая структура все равно в итоге закроется. А потому понятно нежелание банкиров уклониться от исполнения такого решения. Банк либо нарушает ограничения, либо обходит их. Обойти требования сложно, но возможно, если решение органа банковского надзора не отличается высоким уровнем грамотности и составлено так, что его можно было обойти, не нарушая при этом закон.

«Допустим, AGBank и NBCBank нарушили правомерное требование органа банковского надзора,- говорит собеседник. — Много говорится о том, что нужно привлечь к ответственности руководство этих банков. Если закон нарушен, естественно, виновного следует привлечь к ответственности, предусмотренной законом. Однако в данном случае нет речи о преступлении, возмещении вреда – это административное правонарушение. Существует статья 436 Кодекса об административных правонарушениях, она так и называется – «Осуществление деятельности в банковской сфере, которая запрещена, ограничена либо приостановлена». По этой статье должностное лицо может быть оштрафовано в размере от 2 тыс. 500 манатов до 3 тыс. манатов. Юридическое лицо штрафуется на 35 – 40 тыс. манатов».

Но банков уже нет. Максимум, что можно сделать в этом случае – оштрафовать руководителей упомянутых финансовых структур на 3 тыс. манатов, если, конечно, они совершили упомянутые правонарушения. Здесь нет ничего необычного, считает юрист. Ведь даже если правонарушение имело место, в рассматриваемом нами случае нет уголовного намерения, факта причинения ущерба. А главное – ограничение на прием вкладов было введено органом банковского надзора в соответствии с законом «О банках» в виде санкции к этим банкам. По закону банковский надзор обязан отслеживать применение собственных решений. Если банк не выполняет наложенное на него ограничение, надзорная структура должна применить к нему более жесткие санкции, скажем, отозвать банковскую лицензию. Однако этого в случае с AGBank не было. Орган надзора молча соглашался с тем, что банк принимает такие вклады. И потом, на самом ли деле AGBank совершил правонарушение, принимая застрахованные вклады?

По словам Гасанова, ограничение на прием вкладов к AGBank было применено решением Палаты надзора финансовых рыков от 2017 года по итогам проверки банка. Проверку Палата должна была осуществить в соответствии с законом «О регулировании проверок в сфере предпринимательства и защите интересов бизнеса». В этом законе много требований, простой пример – проверку следует осуществлять только после регистрации в Едином информационном реестре Министерства юстиции. Но Палата надзора не следовала этому закону вообще, а между тем в статье 3.2 упомянутого закона четко сказано, что итоги любой проверки со стороны госорганов, не соответствующие этому закону, недействительны и на их основе нельзя предпринимать какие-либо санкции к предпринимателю. Только в 2019 году в статью 2.2 этого закона добавили положение, что упомянутый закон не распространяется на проверки в финансовой сфере. Сие означает, что все проверки Палаты надзора до этой даты недействительны, в том числе и примененные ею санкции.

«Повторяю, что к AGBank закон был применен еще в 2017 году, поэтому вне зависимости от сути решения, его содержания – оно незаконно. Я уже не говорю, что Палата надзора была ликвидирована в ноябре минувшего года распоряжением главы государства, а потому все ее решения потеряли силу, поскольку в этом распоряжении нет речи о присоединении Палаты надзора, надзорная инстанция была ликвидирована, а ее полномочия переданы Центробанку. Но допустим, что решение Палаты было действительным, — продолжил юрист. — У Палаты надзора были полномочия применить к AGBank такое ограничение. Решением палаты в отношении банка было принято два ограничения — запрет принимать срочные вклады и приостановить рост застрахованных вкладов. Второе требование, лишено здравого смысла. Т.е. получается, что Палата надзора говорит банку, мол, принимай вклады, но незастрахованные. Хотя принимать застрахованные вклады – право банка».

На деле банк не нарушил закон, но обошел решение Палаты, ограничившей оформление срочных банковских вкладов. В Гражданском кодексе есть две разные главы касательно привлечения денег банками. Глава 51 «Банковский вклад» и глава 52 «Банковский счет». Запрет на срочные вклады предусмотрен в главе 51 Гражданского кодекса. AGBank продолжил принимать вклады, руководствуясь главой 52 кодекса.

«Здесь, конечно же, возникает сугубо юридический вопрос, по сути можно сказать, что это одно и то же, но юридически нет нарушения. Ведь Палата надзора упоминает в своем решении только срочные вклады. Т.е. банк мог свободно принимать бессрочные вклады. В главе 52 кодекса о банковском счете есть статья 962, где говорится, что на банковский счет тоже можно принимать деньги и выплачивать проценты. Именно так и поступил AGBank. Банк принимал на счет и выплачивал проценты, а по закону «О полном страховании вкладов» все деньги на банковских счетах страхуются. Банк нашел такой вот изящный способ обойти требование Палаты надзора. Все это, кстати, еще раз показывает, что уровень юридической грамотности этой структуры оставлял желать лучшего», — сообщил эксперт.

Банк на самом деле даже мог продолжать принимать и банковские вклады тоже и даже срочные вклады, поскольку Фонд страхования вкладов ссылается на статью 945.2 Гражданского кодекса главы 51 «О банковских вкладах». Там говорится, что лицо, не имеющее права принимать банковские вклады, если принимает от юридических лиц, то данный договор недействителен. «От юридических лиц, но не физических. Повторяю, что AGBank не принимал банковские вклады, он воспользовался законодательной лазейкой и принимал деньги просто на банковский счет, — говорит юрист. – Наконец, самое интересное. То, что банк не нарушил требование, вытекает из отношения Палаты надзора. Палата это свое решение вынесла в 2017 году,  а после на протяжении 2017 – 2019 гг., почти три года постоянно получала от банка отчеты – месячные, квартальные, годовые, где отражались размеры привлеченных денег. В довесок к этому представитель Палаты является членом попечительского совета Фонда страхования вкладов – он получал отчеты Фонда страхования, где видно, что AGBank платит страховые взносы по привлеченным им деньгам от физических лиц».

Получается, что Палата надзора фактически не возражала, а значит, была согласна с отсутствием правонарушения. Самое главное – в решении Палаты надзора касательно AGBank говорится– если банк не будет выполнять требования, к нему применят другие санкции, но не делала этого в течение трех лет. А значит, на самом деле, признала, что банк не нарушает требования. Наконец, не информировала Фонд страхования официально об этом своем решении, а значит, по идее, не была против того, чтобы банк принимал застрахованные деньги. Иначе об этом следовало сообщить Фонду страхования.

В то же время выглядят совершенно неубедительными заявления, что руководство Фонда страхования вкладов не знало об этом решении, подчеркнул собеседник:

«У нас небольшая страна и банковская система тоже – все друг о друге все знают, тем более, если речь идет о Фонде страхования вкладов. Напомню, что с 2017 года до мая этого года Фондом страхования руководил Вугар Абдуллаев – протеже бывшего руководителя Палаты надзора Ибрагима Алышева. И теперь В. Абдуллаев хочет сказать, что его близкий товарищ не сообщил ему о таком факте? Понятно, что в Фонде страхования об этом не только знали, но понимали, что AGBank не нарушает закон.

А главное, если в фонде не знали об этом три года, как они узнали сейчас? Понятно, что знали всегда, но принимать взносы по застрахованным вкладам было приятно, а как пришло время платить по этим вкладам, вдруг освежили память. Из всего сказанного выводы может сделать каждый сам для себя. У меня нет цели защищать AGBank – с ним, естественно, были свои проблемы, как во всех банках. Мы обсуждаем конкретную ситуацию – нарушил ли банк закон или Фонд страхования всячески пытается избежать компенсации вкладов клиентам этого банка – речь о сумме в 50 млн. манатов».

Гасанов надеется, что новый руководитель Фонда страхования примет правильное решение, причем, не только по этому вопросу, но в целом по деятельности Фонда страхования, прозрачности и законности действий этой структуры. Во всяком случае, пресс-конференция Т. Пириева вселяет такую надежду, подытожил эксперт.

 

| 2020-06-30T19:05:27+04:00 30 июня 2020, 19:10|12345 (1 оценок, среднее: 5,00 из 5)
|