Процесс пошел?

Есть некоторые признаки того, что в Москве склоняются к уходу из оккупированного Донбасса. Конечно, не просто так, а в обмен на выполнение двух условий.

Во-первых, Вопрос Крыма, по крайней мере, по умолчанию выводится за скобки и о нем разговоры в обозримой перспективе не ведутся. Во всяком случае, Западом.

Во-вторых, после вывода из Донбасса российских войск и восстановления украинского контроля над границей на всем ее протяжении, Запад снимает санкции. Или существенно их смягчает.

Нельзя сказать, что в этом есть что-то новое. Такие разговоры ведутся давно, но они никогда не выходили на уровень реальных переговоров. Открыто такая формула не признается никем, но, как говорится, следите за руками.

Если рассмотреть ряд событий в хронологической последовательности, то можно вполне представить, что в Москве, пусть на несколько миллиметров, но сдвинулось представление о выходе из конфликта.

Первым событием из этого условного списка, несомненно, является отставка Владислава Суркова. Тем самым Кремль отказывался от реализации в Украине концепции «русской весны» и тем самым признавал ее полный провал. Вторым важным компонентом был отказ от идеологической составляющей и переход к обычной дипломатии с упором на, прагматический, по московским понятиям, подход.

Был и субъективный момент. Сурков не обеспечил, хотя обещал, капитуляции украинского президента Владимира Зеленского, которую Владимир Путин должен был принять в Париже в присутствии президента Франции и канцлера Германии. Такого начальник государства российского простить и пропустить не мог по определению. Дальше счет в отношении Суркова пошел на недели и дни.

Второе событие, являющееся непосредственным продолжением предыдущего, было назначение на украинское направление Дмитрия Козака. Разговоры в московских коридорах власти о такой рокировке шли давно, но парижская неудача стала триггером принятия кадровых решений.

Козак чужд идеологических догм и нацелен на решение поставленной ему задачи. Это он наглядно показал во время своей молдавско-приднестровской эпопеи и даже как он себя проявил в подготовке сочинской олимпиады.

Третьим событием можно считать энергетическое противостояние и, как следствие, резкое падение экспорта нефти и газа и доходов в российский бюджет. Более того, стало очевидно, что санкции сильно бьют по нефтегазовому сектору экономики и проблемы в нем нарастают как снежный ком.

От этого и эпидемии коронавируса государство российское сильно ослабело, и этот разрушительный процесс имеет все признаки приближающегося обвала в экономике и финансах.

Четвертое. Россия проигрывает международные суды, и выплаты по их вердиктам приобретают угрожающие размеры. Вспомним решение о компенсации бывшим владельцам ЮКОС, а это $50 млрд. или 3,6 трлн. руб. Почти половина Фонда национального благосостояния (ФНБ). Можно, конечно, стать в позу и отказаться платить, но последствия будут крайне разрушительными.

Напомним, что «Газпром» довольно долго отказывался платить украинскому «Нафтогазу» $2,5 млрд. по решению Стокгольмского арбитража. Тогда Украина начала в европейских странах преследовать российскую собственность в счет принудительной оплаты и добилась положительных решений в ряде европейских стран. «Газпром» с учетом пени выплатил почти $3 млрд. и не стал тянуть резину в аналогичном деле с польской компанией PGNiG, согласившись выплатить $1,5 млрд.

На Западе решения судов выполняют, а за их игнорирование наказывают и довольно больно.

Пятое. Суд в Нидерландах по делу самолета рейса МН-17 приобретает все более, бризантный характер и грозит как минимум миллиардными исками родственников жертв этой катастрофы.

Еще больше в Москве беспокоятся по поводу расширения списка обвиняемых, занимающих высокое положение в российской столице.

В этом же ряду находится последний санкционный список Великобритании. В нем очень важные российские чиновники. И многие в Белокаменной ощутили холодок по спине по поводу своего имущества в британской столице нажитого непосильным трудом. Ведь санкции не только в том, что запрещено приезжать в стольный град Лондон, но и в блокировании собственности.

На горизонте еще более сильные американские санкции. Их принятие весьма вероятно при всем сопротивлении президента Трампа. От всего этого голова просто кругом идет.

Просто так, как СССР в 1989 году ушел из Афганистана, Путин поступить не может. Признать свое поражение на Донбассе невозможно по психологическим причинам. По его представлениям на востоке Украины идет столкновение с Западом, в первую очередь с США, и отступление в этой proxy war будет продолжением поражения в войне холодной.

Отсюда следует, что нужно заставить Украину пойти на принятие российских условий в виде особого статуса оккупированных территорий Донбасса и выдать это за свою дипломатическую и военную победу.

Неприятным сюрпризом стало то, что Киев не только не пошел на капитуляцию, но занимает все более твердые позиции. Так что пришлось Кремлю искать хоть какой-то выход.

Как писало #, серьезно сдвинулась позиция Франции и Германии. Впервые на переговорах в Берлине Париж, Берлин и Киев выработали единую позицию, и Москва оказалась одна перед тремя.

Следующий пробный шар был запущен в виде интервью главного редактора радиостанции «Эхо Москвы» Алексея Венедиктова известному украинскому журналисту Дмитрию Гордону. В нем весьма информированный москвич четко обозначил цель Кремля в виде размена ухода из оккупированного Донбасса на снятие санкций.

Более того, он рассказал о некоторых переговорах между Австралией, Нидерландами и Россией об урегулировании проблемы МН-17 по принципу ex gratia (лат., по милости). Осуществление выплаты, в данном случае исков родственников жертв, без признания юридической ответственности.

На самом деле ничего тайного в переговорах нет, о них давно известно. В марте 2019 года о таких консультациях сообщили министры иностранных дел Австралии Мэрис Пейн и Нидерландов Стеф Блок. Похоже, что в Москве тянули время в надежде, что ситуация с катастрофой как-нибудь рассосется и пропустили нужный момент. Теперь суд идет, и остановить его не может никто.

О том, что произошел некоторый сдвиг на переговорах в Берлине, рассказал посол Франции в Украине Этьен де Понсен в интервью агентству РБК-Украина. Как опытный дипломат он высказывается очень осторожно, но,  тем не менее, весьма определенно. «Очень рано что-то утверждать, но может есть небольшое продвижение… Для переговоров нужны две стороны, это ясно. И ясно, что Россия несет особую ответственность, потому что она является членом Трехсторонней контактной группы. И мы много раз призывали Россию к ответственности, в частности в последний раз, когда президенты Макрон и Путин беседовали на позапрошлой неделе».

И далее. «Риски (невыполнения возможных договоренностей — авт.) остаются, это понятно. Но это означает, что и санкции против России будут оставаться в силе. Обратите внимание, что недавно санкции были продлены без всяких дискуссий, есть широкий консенсус относительно того, что прогресса нет, значит, санкции надо оставлять». Примерно также высказалась и посол Великобритании в Украине Мелинда Симмонс в интервью тому же агентству.

Москва столкнулась с тем, что без урегулирования конфликта на Донбассе санкции сняты, не будут. И придется наступить на горло собственной песне и уходить с украинской территории.

И условия выставлять бессмысленно. Чем быстрее это поймут в Кремле, тем лучше.

| 2020-07-09T23:43:51+04:00 10 июля 2020, 11:14|12345 (3 оценок, среднее: 5,00 из 5)
|