Немецкий трек украинской политики

С началом российской агрессии против Украины и аннексии Крыма отношения с США и Германией приобрели для Киева ключевой характер. В то время как Вашингтон в 2014 году занимал довольно невнятную позицию по этим проблемам, хотя на словах подчеркивал нерушимость украинской территории, Берлин самым активным образом вместе с Парижем препятствовал расширению донбасского конфликта.

Два минских протокола остановивших российское продвижение были подписаны и вообще стали возможными не в последнюю очередь действенными мерами дипломатической и экономической поддержкой Украины со стороны Германии.

Администрация президента Петра Порошенко предпринимала усилия по превращению Германии в союзника Украины. Влияние Берлина проходило по трем направлениям.

Во-первых, в правительственной коалиции и среди бизнес-сообщества довольно многие, особенно в период 2014-15 гг. ставили под сомнение эффективность антироссийских санкций. В том числе и под воздействием российских агентов влияния возможное изменение позиции Москвы из-за санкций представлялось практически невозможным. К тому же искусственно раздувались возможные потери от ухода с российского рынка. Как довольно быстро выяснилось все это не более чем пропагандистские выверты Кремля. Первоначальные потери были быстро покрыты и найдены новые рынки сбыта. Голоса о неэффективности санкций как-то стали более глухими.

Во-вторых, воздействие на Кремль, вернее прямо на президента Владимира Путина по прямому каналу связи. С учетом довольно сложных отношений между Россией и США Москва просто не может себе позволить пренебрегать мнением Германии. В том числе и по украинскому вопросу.

В-третьих, влияние на страны Европейского союза в первую очередь в вопросе продолжения санкций против России. Это тем более важно, так как есть страны, находящиеся под непосредственным влиянием Москвы. В том числе и материальном. Не в последнюю очередь именно позиция Германии позволила парировать попытки Кремля разрушить европейский консенсус относительно противодействия российской агрессии.

Интересно, что за последние годы существенно и динамично развивается экономическое сотрудничество двух стран. Так по данным Федерального статистического управления Германии Destatis, немецкий экспорт в Украину в 2019 году составил €4,9 млрд, в 2017 — €4,4 млрд. Соответственно вырос и импорт из Украины с €2,2 млрд в 2017 году до €2,9 млрд в 2019.

В целом германо-украинские отношения развивались позитивно, хотя без трудностей не обошлось. Камнем преткновения был газопровод «Северный поток-2», хотя Берлин приложил много усилий, чтобы сохранить газовый транзит через территорию Украины. При этом есть некоторые сомнения, что обещание канцлеру Ангеле Меркель на этот счет было бы Москвой выполнено. Скорее тут сыграли не последнюю роль введенные США санкции.

Вторым недоразумением в двухсторонних отношениях была поддержка Германией восстановления полномочий российской делегации в Парламентской ассамблее Совета Европы (ПАСЕ). Характерно, что этот акт, о чем предупреждала украинская делегация, был воспринят Москвой не как приглашение к конструктивным переговорам, а как отступление европейских государств от санкционной политики.

Можно констатировать, что после этого действа российская политика, и не только в отношении Украины, только ужесточилась. Похоже, что в Берлине из этого сделали надлежащие выводы.

Во внутренней политике Германии происходят сложные процессы, в том числе и в ожидаемых персональных изменениях. Отметим, что в Москве попытались в своей манере вмешаться в них в надежде на размягчение германской власти. Именно в этом ряду следует рассматривать убийство в Берлине бывшего чеченского полевого командира Зелимхана Хангошвили.

Особенно возмутила властный Берлин кибератака на бундестаг, в которой обвиняют российских хакеров.

Эти и другие факты недружественного поведения Москвы в очередной раз поставили канцлера Меркель и министра иностранных дел Хайко Мааса перед необходимостью существенного ужесточения отношений с Россией. В том числе и по минским протоколам по Донбассу.

В то же время в Киеве присутствует беспокойство в связи с предстоящим в 2021 году уходом Ангелы Меркель с поста канцлера и какой будет политика Германии в отношении Украины в самом ближайшем будущем.

С целью сохранения политического диалога высокого уровня в украинской столице предлагают восстановить формат межправительственных консультаций, которые проводились во времена президентства Леонида Кучмы и канцлера Герхарда Шредера.

В украинском правительстве акцентируют внимание на ожиданиях, связанных с председательством Германии в Евросоюзе. Это связано с тем, что приоритетом европейской интеграции Украины в текущем году определено подписание Agreement on Conformity Assessment and Acceptance of Industrial Products, ACAA — Соглашения об оценке соответствия и приемлемости промышленной продукции. В Украине это соглашение называют промышленным безвизом в ЕС. Подписание этого соглашения позволит сделать еще один шаг в экономической интеграции в Европу и приблизит вступление в европейское объединение.

Конечно, для Киева наиболее важной остается позиция Берлина в контексте урегулирования конфликта на Донбассе. Здесь также есть некоторые шероховатости, причем до недавнего времени с украинской стороны.

Речь идет о том, что в немецкой и французской столицах весьма насторожено восприняли попытки двухсторонних переговоров в формате российского представителя Дмитрия Козака и руководителя Офиса украинского президента Андрея Ермака. Попытка таких переговоров стала результатом иллюзий президента Владимира Зеленского, что можно добиться прогресса в донбасском урегулировании на личной встрече с президентом Владимиром Путиным. Позитивным является тот факт, что с этими иллюзиями на киевских холмах довольно быстро расстались и вновь обратились к проверенному Нормандскому формату.

В целом в Киеве связывают с Германией следующие факторы в направлении донбасского урегулирования.

Первый. Отстаивание Minsk flexibility — гибкого Минска. Именно канцлер Меркель первой из лидеров Нормандского формата высказалась за такой подход. Речь идет о том, что необходимо отказаться от жесткой привязки этапов урегулирования к последовательности, записанной в минских протоколах. Для Украины принципиальным является восстановление контроля над всей границей с Россией до выборов на Донбассе. Возможно, совместно с миротворческим контингентом ООН или ЕС.

Второй. Доступ гуманитарных организаций, в частности, Красного креста, на оккупированные территории. Договоренность об этом была достигнута в Париже в декабре прошлого года на нормандском саммите, но она не выполняется российскими марионетками, а фактически Москвой, на оккупированной части Донбасса.

Третий. Давление на Путина в вопросе обмена пленными. Это приоритет лично для президента Зеленского, который хочет вернуть украинских граждан из России и оккупированного Донбасса.

Немецкий трек украинской внешней политики в последнее время получил дополнительный импульс, о чем свидетельствуют недавние переговоры довольно многочисленной украинской делегации в Берлине. Именно с Германией в Киеве связывают надежды на разрешение конфликта на Донбассе в обозримой перспективе.

| 2020-06-27T16:49:48+04:00 27 июня 2020, 20:01|12345 (Пока оценок нет)
|