Возвращение консерваторов в парламент Ирана

Сегодня, 21 февраля, в Иране начались парламентские выборы. Президент Ирана Хасан Роухани и верховный лидер Али Хамнеи уже проголосовали.  На 290 депутатских мандатов претендуют более 7000 кандидатов.

Правом голоса в стране обладают 58 из 83 миллионов. Как отмечают разные независимые исследовательские организации, на выборах ожидается невысокая явка. Что не есть хорошо для политического кластера Ирана. По данным опросов, большинство иранцев полагают, что парламент — независимо от его состава — не в состоянии решить политические и экономические проблемы в стране.

За развитием ситуации вокруг парламентских выборов в Иране следят также и в США. Глава Госдепартамента США Майк Помпео подчеркнул, что иранцы заслуживают возможности выразить свое мнение, не опасаясь репрессий.

«Голоса иранского народа должны быть услышаны. США продолжают поддерживать гордых жителей Ирана, и мы повторяем их призывы к свободным и честным выборам», — заявил глава Госдепартамента.

Ответ иранского МИД не заставил себя долго ждать: «Иран посоветовал бы США заняться проблемами собственных выборов», — говорится в заявлении  МИД исламской республики.

«Вместо того чтобы ставить под сомнение иранские выборы, американским политикам лучше ответить на вопросы людей в США и мире в отношении сложности и неоднозначности выборного процесса в Соединенных Штатах», – заявил официальный представитель МИД Ирана Аббас Мусави.

Мусави добавил, что в Иране уже привыкли к «противоречивым высказываниям представителей США в отношении исламской республики».

Говоря о нынешних парламентских выборах в Иране, нужно  не забывать и о президентских выборах 2021 года. Результаты этих выборов во многом предопределят судьбу президентских выборов.

С приходом к власти реформатора Хасана Роухани, Иран взял курс на либерализацию Ирана, решения ядерной проблемы и открытия страны для всего мира. Данная идея положительно воспринималась среди иранской молодежи, которая составляет более 70% населения Ирана. Среди прочего Роухани и Ко развернули кампанию по вытеснению КСИР из экономического сектора страны, что безусловно не нравилось последним и верховному лидеру, но при этом нравилось Западу.

Основные господряды по модернизации инфраструктуры и экономике страны начали получать западные компании. Курс либерализации Ирана должен был обеспечить сближение с Западом и совершение Ираном научно-технологического рывка. Но приход Трампа к власти, его жесткая антииранская риторика и как итог выход в одностороннем порядке из ядерного соглашения «угробил» Роухани и все реформаторское крыло иранского истеблишмента.

Каждый удар Трампа по Ирану, все больше укреплял позиции консервативного духовенства, а вместе с ним и возрастала популярность силовиков, которые стоят на страже родины. Убийство же генерала Касема Сулеймани стало последним гвоздем в гроб реформаторов, которые оказались не готовы к такому развитию ситуации. В таких условиях КСИР взяла управление и нанесла удары по двум военным базам США, что по идее должно было показать иранскому обществу их состоятельность защиты иранских интересов. Но картина была подпорчена сбитым КСИР украинским боингом. Роухани не упустил  шанс и вновь пошел атаковать КСИР.

С другой стороны, как отмечают разные источники, Совет стражей конституции отклонил кандидатуры 75% умеренных кандидатов, сторонников Роухани. Что уже говорит о том, что в высшем иранском руководстве готовятся к тому, что в ноябре текущего года Трамп будет переизбран на второй срок и тут нужен мобильный и послушный парламент, который не будет мешать  принятию тех или иных решений.

Это вовсе не означает, что иранцы не надеются на то, что Трамп уйдет и попытка ударить по его авторитету скорее будет предпринята, но политика требует прагматизма, а потому перестраховка не помешала бы иранскому истеблишменту.

Говоря о прогнозах, то вероятнее всего коалиция консерваторов и сторонников жесткого курса во главе с бывшим шефом иранской полиции Мохаммадом Багером Галибафом может получить 30 наиболее политически значимых мест в Тегеране. Сам  Галибаф был мэром столицы исламской республики с 2005 по 2017 год.

За парламентскими выборами и всеми остальными политическими процессами внимательно следят также и в Азербайджане. Иран – это не рядовая страна и политические процессы в этой стране в той или иной форме влияют на Азербайджан. Особенно, если учесть тот факт, что в Иране проживает больше азербайджанцев, чем в самом Азербайджане.

Для Азербайджана приход к власти консервативных сил и уход либералов (в иранском понимании этого слова) во главе с Роухани, ничего хорошего не предвещает. Именно с приходом к власти Хасана Роухани в отношениях двух стран открылось «второе дыхание». Порядка 10 раз в разных форматах президенты двух стран встречались, товарооборот между странами возрос в разы, все негативные кейсы, которые были накоплены со времен Ахмединеджата, были урегулированы, транспортный коридор «Север-юг» получил интенсификацию строительства.

Консервативное же крыло возьмет курс на милитаризацию и обострение отношений с Западом, а потому  будет жестко реагировать на любые контакты с Западом своих соседей. Другой вопрос, что Трамп в отличие от своих предшественников, более решителен в антииранском направлении, и любой неверный шаг иранских консерваторов сблизит Азербайджан и Вашингтон, даже, несмотря на российский фактор. Но в контексте урегулирования карабахского конфликта, решить его военным путем станет менее реалистично.

| 2020-02-21T18:55:36+04:00 21 февраля 2020, 19:32|12345 (Пока оценок нет)
|