О роли Турции в развязке персидского узла

Вчера на Ближнем Востоке был исторический день. Дипломатический конфликт и торговая блокада Саудовской Аравией и рядом стран залива Катара завершились подписанием соглашения и восстановлением  отношений. Блокада и дипломатические разногласия продолжались три года, сейчас же, в условиях изменившихся геополитических реалий старые обиды остаются позади, открываются новые возможности.

В 2017 году, после визита Трампа в Саудовскую Аравию и Катар, на Ближнем Востоке разразился новый скандал. Тогда Саудовская Аравия и ряд стран залива обвинили Катар в поддержке терроризма и слишком тесных связях с Ираном. Среди основных требований, выдвинутых арабами, были разрыв отношений с «Братьями-мусульманами» и Исламской республикой. Доха, конечно же, все это отрицала, однако, все экономические и дипломатические отношения были разорваны, а Катар из полуостравной страны аравийского полуострова превратилась в островную.

Подобная ситуация открыла ряд возможностей для Ирана и Турции, которые мигом захватили катарский рынок продовольствия и ряд других сегментов экономики. Анкаре досталось больше всего. Данное положение дел усилило позиции Турции в Катаре так, что Катар мог ни о чем не волноваться. Во-первых, Турция получила в Катаре огромную военную базу, усилив свое присутствие в регионе Персидского залива. Если до этого в Саудовской Аравии и задумывались о силовой смене власти в Дохе, то появление там турецкой военной базы все вопросы решило.

С другой стороны, Анкара также стала главным экономическим выгодополучателем данного конфликта, по сути, завязав на себе катарские инвестиции. За протекцию Катара Анкара получила сильного экономического союзника, которая не раз спасала турецкую экономику в самые сложные моменты. При этом нужно также добавить, что Турция смогла завязать на себе через свои портовые терминалы и продажу катарского сжиженного газа. Тут стоило бы обратить внимание и на сотрудничество между странами в сфере ВПК. Катар стал одним из крупных покупателей турецкой военной техники и, в целом, инвестором турецкого ВПК.

Союз Турции и Катара, а также и поддержка Ираном Катара во многих вопросах, по сути, обнулили требования саудовцев и их союзников. Требования состояли из 13 пунктов:

  1. прекратить отношения с Ираном;
  2. разорвать все связи с «террористическими организациями» (речь о «Братьях-мусульманах», «Хезболле» и прочих);
  3. закрыть «Аль-Джазиру»;
  4. закрыть все СМИ, прямо или косвенно финансируемые Дохой (Rassd, Arabi21, Al Arabi Al Jadeed, Middle East Eye и так далее);
  5. прекратить военное сотрудничество с Турцией;
  6. прекратить взаимодействие с группами, организациями, лицами, признанными террористами Саудовской Аравией, ОАЭ, Египтом, Бахрейном, США и так далее;
  7. передать «террористов»/разыскиваемых лиц Саудовской Аравии, ОАЭ, Египту, Бахрейну, заморозить их активы и по первому требованию предоставлять любую информацию об их передвижениях, финансах и пр;
  8. прекратить вмешательство во внутренние дела суверенных стран;
  9. прекратить все контакты с политической оппозицией в Саудовской Аравии, ОАЭ, Египте и Бахрейне;
  10. выплатить денежные компенсации за гибель людей и финансовые потери, причиненные политикой Катара в последние годы;
  11. присоединиться к государствам Персидского залива в военном, политическом, социальном и экономическом отношении;
  12. согласиться со всеми требованиями в течение 10 дней с момента их предъявления Катару;
  13. согласиться на ежемесячные проверки в течение первого года после согласования выполнения предъявленных требований, затем один раз в квартал в течение второго года. В течение последующих 10 лет Катар будет ежегодно проверяться на предмет соблюдения предъявленных требований.

Ни одно из этих условий не было выполнено. Более того, именно саудовский принц Мухаммед бин Салман, который был одним из инициаторов блокады, сам лично встречал у трапа своего гостя, эмира Катара. Тут нужно также и добавить, что примирению предшествовали усилия США — уходящая администрация Трампа уговаривала своих арабских союзников восстановить отношения и сообща бороться с Ираном. Как сообщают разные СМИ, Джаред Кушнер, зять и советник президента, также прилетел в Саудовскую Аравию, чтобы стать свидетелем события.

Как мы видим, политика администрации Трампа на Ближнем Востоке сильно изменилась. Сейчас же, когда к власти пришел Джо Байден, а тот по всей вероятности собирается вновь договариваться с Ираном и восстанавливать то, что было испорчено Трампом, администрация Трампа пытается с одной стороны укрепить арабский мир, с другой стороны укрепить отношения арабского мира с Израилем для совместного давления этих стран на Иран. Именно поэтому ранее мы видели соглашения ОАЭ и Бахрейна с Израилем. По всей вероятности в скором времени  к этому списку присоединятся и Катар с Кувейтом.

В целом нужно сказать, что сейчас на Ближнем Востоке меняется многое. В КСА чаще звучит тезис об объединении арабских стран «перед лицом вызовов, стоящих перед регионом».  Думаю, тут всем понятно, о чем речь, естественно, об Иране.

Не замеченными также не осталось и успехи Турции за этот период. Диалог между Анкарой и Эр-Риядом тоже уже начался и, скорее всего, в первом полугодии состоится встреча между лидерами двух стран, после чего противоречия тоже спадут на нет. Сама Анкара также приветствовала открытие границ между Катаром и Саудовской Аравией

«Мы приветствуем достигнутое сегодня соглашение об открытии сухопутных, морских и воздушных границ между Катаром и Саудовской Аравией», — говорится в заявлении МИД Турции.

История со снятием блокады с Катара лишний раз доказывает одну известную истину: размер страны современном мире не имеет значения, если у этой страны высокий боевой дух и правильно выстроены отношения с надежными партнерами, каким в данном случае являлась Турция для Катара.

 

 

 

| 2021-01-06T15:14:00+04:00 6 января 2021, 15:35|1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (1 votes, average: 5,00 out of 5)
Loading...|