Перестановки и новые назначения в правительстве и других государственных органах России, несомненно, отражают два важнейших обстоятельства.

Во-первых, в высших эшелонах власти развернулась острейшая борьба за руководство с однозначными кадровыми изменениями. Собственно, эту борьбу кланов мы наблюдали совсем недавно, когда был арестован заместитель министра обороны Тимур Иванов. И это далеко не конец.

Как сообщает Следственный комитет, начальник Главного управления кадров Министерства обороны генерал-лейтенант Юрий Кузнецов арестован по подозрению в получении взятки в особо крупном размере. По месту жительства и регистрации генерала прошли обыски — у него изъяты денежные средства в рублях и иностранной валюте на сумму более 100 миллионов рублей, золотые монеты, коллекционные часы и предметы роскоши.

Есть основания полагать, что это не последние аресты и увольнения.

Во-вторых, вокруг Путина сформировались мощные группировки, которые заняты гораздо более важным делом, чем непосредственная борьба за власть и посты сегодня. Речь идет о расстановке сил в период после Путина.

Новые назначения и перестановки в правительственных органах есть часть этой борьбы. Клан Сергея Чемезова, главного исполнительного директора Ростеха столкнулся с кланом Николая Патрушева, недавнего секретаря Совета безопасности, а теперь просто одного из советников президента.

К этому следует добавить создание Семьи 2.0, которую возглавила дочь Путина Катерина Тихонова. Здесь не так важны конкретные должности, сколько непосредственная близость к самому и возможность проталкивать нужные решения и нужных людей на важные должности с соответствующими полномочиями. Иллюстрацией служат братья Кавальчуки. Они никаких постов не занимают, но из-за близости к Путину и Катерине Тихоновой обеспечивают свое влияние на принятие важнейших решений.

Все острейшие столкновения настолько тесно переплетаются, что надежно классифицировать принадлежность того или иного деятеля к какой-то группировке часто не представляется возможным.

Если проводить исторические параллели, то все происходящее сейчас в Москве очень напоминает борьбу группировок вокруг стареющего Сталина. Борьбы кровавой не на жизнь, а насмерть в прямом смысле слова. Достаточно вспомнить так называемое «ленинградское дело», которое закончилось расстрелом его основных фигурантов. Тогда группа Берия-Маленкова одержала победу и обеспечила себе верховенство, пусть и на короткое время, руководство страной после смерти Сталина.

Сейчас расстрелов нет, но таинственные смерти при неясных обстоятельствах достаточно высокопоставленных лиц имели место буквально накануне очередной инаугурации Путина.

В целом группировка Чемезова несколько усилила свои позиции в социально-экономическом блоке, а противостоящая группировка осталась, по крайней мере, при своих в силовом блоке.

Если же перейти к текущим назначениям, то наиболее важным является назначение Андрея Белоусова министром обороны вместо Сергея Шойгу. Последний переведен в Совет безопасности на должность секретаря. С точки зрения аппаратного веса, то это понижение. Совет является совещательным органом и административными полномочиями не обладает.

Что же касается назначения Белоусова, то здесь следует выделить непосредственные задачи, можно сказать оперативного плана и более долгосрочные, лежащие в политической и стратегической плоскости.

Российская пропаганда создала миф о второй армии мира, непобедимой и легендарной. Начавшаяся война с Украиной развеяла эту легенду буквально за две-три недели. Рассчитывали на blitzkrieg, а столкнулись с ожесточенным и организованным сопротивлением. Возник дефицит боеприпасов и много другого. Военные заводы перешли в авральный режим, снабжение кое-как восстановили, но тактическое преимущество было потеряно, и война перешла в длительную стадию.

В целом Шойгу оказался плохим менеджером, но при нем коррупция в оборонном ведомстве приняла просто неописуемые масштабы. Там всегда с этим было плохо, но в мирное время все как-то удавалось загладить. Военное время потребовало совершенно других подходов, а вот с ними оказалась проблемы.

Отсюда следует первая задача Белоусова — уменьшить насколько возможно коррупцию в оборонном ведомстве. На войну уходит 6,7% ВВП, но армии многого не достается. ВПК работает на пределе возможностей, но не в состоянии покрыть потери. Приходится отсталую и старую технику закупать, например, в Северной Корее. Снаряды 1970-х гг. приходят миллионами, но половина из них либо не взрывается, либо взрывается в стволах, из-за чего гибнут артиллеристы.

С танками и другой бронетехникой просто беда. Как отмечают украинские военные, россияне двигаются на штурм на мотоциклах, багги и квадроциклах. Отсюда большие потери в живой силе.

Неназванный военный эксперт рассказал «Новой газете. Европа», что при Шойгу все крупные финансовые потоки уходили корпорациям, находящимся под контролем личных друзей Путина.

Заставить главу Ростеха Сергея Чемезова снизить стоимость танков и другой продукции, которая и так закупается, судя по имеющимся данным, по ценам немногим выше себестоимости Белоусов навряд ли сможет. Для уменьшения издержек, вероятно, потребуется урезать прибыль компаний военно-промышленного комплекса. Что не понравится их руководителям и стоящими за ними бенефициарами. Здесь простыми бухгалтерскими расчетами дело не обойдется, и как сможет новый министр перевесить желания алчных оружейников никто не знает.

Как довольно опытный экономист Белоусов попытается провести аудит оборонного ведомства, что приведет к выявлению растрат государственных средств. Последуют уголовные дела и все то, что наглядно видно на примере Тимура Иванова и Юрия Кузнецова.

Это однозначно не понравится генералитету и менеджерам в погонах, отвечающих за закупку вооружений и получающих миллионные откаты при размещении заказов. Коррупционные связи между производственниками и генералами складывались годами, если не десятилетиями. В Министерстве обороны действуют кланы, зарабатывающие миллиарды рублей на воровстве из закрытых статей российского бюджета.

По мнению западных экспертов, ВПК России значительно отстает от украинского в некоторых высокотехнологичных областях, широко востребованных сегодня на поле боя.

Возможно, Белоусов попробует решить эту проблему введением в сфере военно-промышленного комплекса любимых им методов советского Госплана. Тогда как в Украине, к примеру, государство, находящееся в роли своеобразного хаба для новых изобретений, привлекает и масштабирует успешные разработки небольших частных компаний. Маловероятно, что такую систему можно внедрить в России.

Отсюда следует, что перед Белоусовым ставится задача обеспечить такое развитие российского ВПК, чтобы появилась возможность ведения войны на длительный период.

Как экономист он сторонник увеличения роли государства в экономике. Своего рода военного кейнсианства. И это будет иметь не только экономические и военные последствия на поле боя, но политические и стратегические.

Назначение и предполагаемая деятельность Белоусова являются прямым сигналом Западу, что Россия будет воевать долго. Более того, началась новая гонка вооружений.

Согласно докладу Международного института стратегических исследований (IISS) в 2023 году глобальные расходы на оборону увеличились на 9% в годовом исчислении и достигли рекордной цифры в $2,2 трлн долларов. Военные ассигнования в странах НАТО растут очень быстро. По данным доклада IISS, они превышают 50% мировых расходов.

Судя по всему, Путин намерен разгонять свой ВПК не только для решения текущих задач войны с Украиной, но и дальше. По его мнению, что следует из его высказываний, победу он уже одержал, несмотря на помощь Запада Киеву и дело только в закреплении в юридическом смысле достигнутого.

Однако Украиной дело не ограничится. Должна воплотиться маниакальная идея восстановления не просто СССР, а империи с Финляндией, частью Польши, Южным Кавказом и Центральной Азией.

Так что у Белоусова задача развить ВПК именно для этого. Средства будут найдены, но потратить их нужно более эффективно. Если для этого нужен Госплан, то пусть будет.

Гонка вооружений надорвала СССР. Нынешняя Россия гораздо слабее и технологически отсталая. Достаточно посмотреть на западное и российское вооружение. Даже в относительно небольшом количестве первое значительно превосходит в своем большинстве старое советское. И это очень помогает украинским военным, несмотря на количественное превосходство противника.

Как российский ВПК будет тягаться с западным непонятно, но понятно то, что технологически Россия никогда не догонит Запад. Во всем и в оружии особенно.

Тем не менее, ресурсов у Кремля еще достаточно много и произвести в большом количестве отсталое железо он сможет. Вот если российская экономика надорвется, что тогда?

Похоже, что Путин и Ко об этом не задумываются.

image
(2 оценок, среднее: 5,00 из 5)