Телефонная дипломатия Елисейского дворца в последнее время начала приобретать отчетливые признаки комического абсурда, заставляя экспертов говорить о том, что Эммануэль Макрон подхватил от премьер-министра Армении Никола Пашиняна опасный вирус — «лихорадку бесконечных звонков». После серии показательных объятий, поцелуев и заверений в вечной дружбе с армянским лидером на полях европейских саммитов, французский президент развил беспрецедентную селекторную активность на постсоветском пространстве. Его внезапный звонок президенту Беларуси Александру Лукашенко с призывами «не вмешиваться» в украинский конфликт и наладить отношения с Европой выглядит как прямое продолжение ереванского стиля управления, где реальные геополитические рычаги пытаются заменить навязчивыми телефонными уговорами. Однако Лукашенко — далеко не Пашинян, и в Минске нет той электоральной базы, ради которой французский лидер мог бы разыгрывать привычную внутриполитическую карту, что превращает эти дипломатические маневры в откровенный фарс.
За этой лихорадочной суетой Парижа кроется вполне прагматичный, хотя и глубоко утопический расчет на фоне тектонических сдвигов в глобальной архитектуре безопасности. Настойчиво обрывая телефоны лидеров СНГ — от Баку до Минска, — Макрон пытается послать недвусмысленный сигнал о том, что влияние Российской Федерации в регионе стремительно ослабевает, и самое время искать альтернативную «крышу» в лице Пятой республики. Французская дипломатия пытается сыграть на опережение, прощупывая почву для переформатирования постсоветского пространства и предлагая суверенным государствам перейти под протекторат Парижа под соусом «европейской интеграции». Но эта тактика навязчивых предложений разбивается о суровую реальность: у Франции нет ни экономических ресурсов, ни реальных военных возможностей, чтобы заменить ключевых региональных игроков или гарантировать кому-либо реальную безопасность, что делает макроновские обещания политической пустышкой.
Дополнительным стимулом для панической телефонной активности Елисейского дворца стали недавние совместные тактические ядерные учения Беларуси и России, которые не на шутку испугали европейских стратегов. Вместо демонстрации жесткой и последовательной позиции, Париж впал в состояние аппаратной истерики, результатом которой и стал абсурдный звонок в Минск с попыткой навязать «мягкий развод» с Москвой. Макрон искренне надеялся, что угрозы новых санкций и обещания «улучшения отношений с Европой» смогут скорректировать курс государства, обладающего ядерным потенциалом, что выдает в нем абсолютное непонимание психологии лидеров региона. Подобная суетливость лишь подчеркивает слабость самого Брюсселя, который вместо реальных геополитических шагов вынужден уповать на телефонное посредничество своего самого амбициозного, но наименее эффективного лидера.
Вся эта ситуация заставляет вспомнить знаменитые и меткие слова президента Азербайджана Ильхама Алиева, который в свое время жестко охарактеризовал хаотичное поведение самого Никола Пашиняна в период разгромной для Еревана 44-дневной войны. Азербайджанский лидер тогда иронично рассказывал мировому сообществу, как армянский премьер в панике без конца обрывал телефоны мировых лидеров, донимая их мольбами о спасении и заставляя звонить по кругу всем подряд. Сегодня Эммануэль Макрон с поразительной точностью копирует эту суетливую тактику своего ереванского фаворита. Пытаясь бесцеремонно вмешиваться в дела Южного Кавказа и Восточной Европы посредством телефонного спама, французский президент лишь перенимает привычки аутсайдеров, регулярно получая жесткие дипломатические пощечины. Париж так и не понял, что уважение и влияние в Евразии завоевываются не количеством исходящих вызовов, а реальным экономическим весом и уважением чужого суверенитета.
В сухом остатке, «лихорадка Пашиняна», охватившая Елисейский дворец, демонстрирует лишь глубокий кризис жанра западной дипломатии. Попытки Макрона примерить на себя роль главного арбитра постсоветского пространства выглядят жалко, поскольку за ними нет реальной силы — лишь желание компенсировать внутренние провалы и колоссальные потери французского влияния в Африке. Суверенные лидеры региона давно научились отличать реальную геополитику от пустых звонков, и пока французский президент продолжает тратить государственные средства на бесконечные разговоры, новые контуры многополярного мира продолжают формироваться без участия Парижа, оставляя Макрону лишь роль виртуального собеседника на периферии больших исторических процессов.
Агиль Гахраманов
