Удавка санкций сжимается

Несмотря на жесткую риторику иранского руководства ситуация в стране остается довольно сложной. Тегеран попал под две волны американских санкций, и руководство вынуждено было признать их негативное воздействие.

Об этом рассказал президент Хасан Роухани в своем выступлении в меджлисе. Он отметил, что санкции направлены не только против иранского народа, но и международных компаний.

В последнем Тегеран мог убедиться в последнее время. В частности, российская «Роснефть» и китайская Национальная нефтегазовая компания CNPC вышли из совместных проектов в Иране. Для Тегерана особенно чувствительно последнее, так как приостановлены инвестиции в иранское газовое месторождение «Южный Парс». Тем самым ставится под вопрос так называемый газовый прорыв.

После ухода «Роснефти» и CNPC из иранских проектов фактически не осталось иностранных инвесторов в экономику, что немедленно отразилось на общем состоянии, в том числе и финансов. Происходит обвальная девальвация иранской валюты риала. В начале текущего года за один доллар давали 43 тыс. риалов, мае — 65 тыс., в октябре уже 180 тыс.

Такая стремительная девальвация, как пишет газета Wall Street Journal, заставляет граждан Ирана сохранять свои сбережения в твердой валюте. Спрос на доллары и евро растет, в банках купить их сложно, поэтому процветает черный рынок, что еще больше усиливает инфляционные ожидания.

После выхода Вашингтона из Совместного всеобъемлющего плана действий (Joint Comprehensive Plan of Action, JCPOA, СВПД) и введения санкций иранские власти вынуждены были принять бюджет на следующий финансовый год, он начинается 21 марта, в $47,5 млрд., что в  два раза меньше, чем в текущем.

Если Китай, а вслед за ним и Индия прекратят импорт иранской нефти, то это поставит Тегеран в ситуацию резкого ухудшения экономической и финансовой ситуации. В мире немного найдется тех, кто рискнет вести торговлю с Ираном и быть включенным в черные списки американского Министерства финансов. Туда попасть легко, вот выйти значительно сложнее. Как говорили в советском КГБ, рубль вход, но два за выход. Остаются так называемые серые схемы.

Иран фрахтует танкеры по всему миру, и они отключают системы идентификации и координат, чтобы затруднить слежение за их движением, порты погрузки и выгрузки. Не трудно догадаться, что это делается для реализации серых схем экспорта нефти, другими словами, контрабанды. Не случайно иранские руководители много раз говорили, что экспорт нефти от санкций не пострадает.

В Вашингтоне прекрасно отдают себе отчет в том, что Тегеран будет действовать аналогично тому, как тайно поставляли нефть за наличный расчет и с большим дисконтом при предыдущих санкциях. Кстати, более мягких. В любом случае Иран серьезно потеряет.

Во-первых. В США довольно решительная администрация, по крайней мере, в отношении жесткого соблюдения санкций. К нарушителям карантина будут принимать соответствующие меры, и преследовать по всему миру. Не очень много найдется судовладельцев, которые согласятся пойти на конфликт с американскими финансовыми властями.

Во-вторых. Главные потребители иранской нефти Китай и Индия против Вашингтона идти не будут. По разным причинам, но результат одинаков. Слишком различаются весовые категории Ирана и США. Какие бы серые схемы не придумывали, в необходимом количестве нефть по ним поставить просто невозможно. К тому же в Персидском заливе находится американская авианосная ударная группировка во главе с авианосцем John C. Stennis, и все суда, проходящие через Ормузский пролив, фиксируются.

В-третьих. Если уже сейчас в Иране наблюдается острый дефицит валюты, то в дальнейшем он будет только углубляться. Все это самым серьезным образом отразится на внутриполитической обстановке и социальном положении. В стране постоянно проходят демонстрации протеста. Начиная от задержек и невыплаты зарплат до общенациональных требований.

Можно как президент Роухани в своем выступлении в парламенте обещать, что «Никто не может отрицать негативного воздействия санкций на экономику страны, а также на качество жизни людей, но мы преодолеем все трудности с помощью парламента, поддержки народа и духовного лидера аятоллы Али Хаменеи». Однако, насколько это соответствует действительности верит все меньше граждан страны.

В-четвертых. На этом негативном фоне значительно ослабели позиции Роухани и его правительства. Против него выступает большая часть Корпуса стражей исламской революции (КСИР). Это очень мощная в силовом, политическом и экономическом отношении организация, своего рода deep state — государство в государстве.

КСИР и его руководство отстаивает жесткие позиции по отношению к США и требует продолжать военно-политическое противостояние в Сирии, по отношению к Израилю и США.

Одной из целей такой политики является система угроз и действий в отношении ближайших соседей, чтобы заставить их не присоединяться к антииранскому лагерю.

Как передает агентство IRNA, иранские пограничники, фактически это КСИР, приняли участие в силовых операциях на территории Пакистана. В частности, «Заместитель начальника региональной полиции в провинции Систан-э-Белуджистан сообщил, что в ходе спецоперации было изъято 4 тонны наркотиков. Ахмад Тахери заявил, что в результате спецоперации управления разведки провинции ликвидированы 2 контрабандиста и 2 человека задержаны».

С пакистанской стороны сообщается о гибели и ранениях пограничников. Не очень понятно, но вероятно, что столкновения произошли не только с контрабандистами, но и с иранскими военными. Другими словами, Тегеран в лице руководства КСИР дает понять, что будет действовать на сопредельной территории как хочет, не очень беспокоясь о подобных вторжениях. Более того, это знак того, что соседи не должны включаться в американский фарватер, потому что их будут за это наказывать подобными действиями.

Не обошли вниманием в Тегеране и Азербайджан. По сообщению агентства IRNA в Баку с визитами побывали руководитель погранслужбы Ирана генерал Кассем Резайи, а также министр разведки и информации Ирана Махмуд Алави.

Важный факт. Резайи встречался с президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым, министром обороны Закиром Гасановым. При этом министр Алави встречался только с президентом Алиевым. Очевидно, что обсуждались весьма важные вопросы безопасности, для которых потребовался столь высокий уровень.

Судя по поведению иранских пограничников на границе с Пакистаном, Тегеран, на это очень похоже, судя по скупой информации о результатах визитов, хочет предупредить Баку о повышенном внимании ко всему периметру ирано-азербайджанской границы, а также вообще ко всему, что будет происходить в Азербайджане. Не секрет, что в Иране крайне раздражены тесным, в частности, военно-техническим сотрудничеством Баку и Тель-Авива и очень бы хотели его разорвать.

Похоже, что в Тегеране всерьез взялись угрожать своим соседям. На очереди Армения и даже Грузия, хотя она с Ираном не граничит. Однако на Южном Кавказе иранским властям придется поумерить пыл. За Азербайджаном стоит стратегический союзник Турция, а за Арменией — Россия. Москва уже точно не захочет отдать Ереван Тегерану. Что касается Грузии, то это наполовину прозападная страна и тут Тегерану делать просто нечего.

Тем не менее, иранское руководство политику угроз и шантажа продолжит, и по мере углубления санкций агрессивность Тегерана будет возрастать. Только удавку санкций это не разожмет.

| 2018-12-29T00:18:20+00:00 29 декабря 2018, 12:00|1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд6 Звезда7 Звезда8 Звезда9 Звезда10 Звезда (3 оценок, среднее: 10,00 из 10) Загрузка...|