Расстрелянный мир

Во время предвыборной кампании тогда кандидат в президенты Украины Владимир Зеленский много говорил о мире на Донбассе. Уже став главой государства он во главу угла поставил достижение перемирия. «Знаете, все говорят, что хотят мира. Но, кроме слов, мы должны двигаться очень быстрыми шагами». При этом многократно транслировалась мысль, что достичь этого просто. Москву нужно убедить сделать шаг к миру.

Концепция довольно спорная и к тому же не во всем выдерживающая испытание временем. Кстати, так вел свою кампанию и предшествующий президент Петр Порошенко. И вот такой неутешительный итог.

Так или иначе, но удалось достичь соглашения о бессрочном перемирии. И даже 17 дней оно, так или иначе, выдерживалось. С украинской стороны к делу подошли очень серьезно. Командиров всех уровней в зоне проведения Операции объединенных сил (ООС) предупредили об уголовной ответственности за срыв перемирия. Другими словами, запрещалось стрелять в ответ.  Высшие военные чины в Киеве говорили о мелких обстрелах, что не означает срыв перемирия.

Надо сказать, что в армии к достигнутому перемирию отнеслись неоднозначно. Разведка сразу выяснила, что сепаратисты накапливают вблизи и на линии соприкосновения живую силу и технику. Все говорило о том, что готовятся серьезные провокации и даже говорили о попытке локального наступления.

И вот прогнозы многих аналитиков и экспертов сбылись. В результате сильного обстрела погибло четверо украинских военнослужащих. Срыв перемирия мгновенно из дискуссионного стал реальным. Президент Зеленский позвонил российскому коллеге Владимиру Путину и попросил повлиять на противную сторону. Интересно, что официальные сообщения о телефонном разговоре в Киеве и Москве принципиально различаются. В частности, в киевском сообщении утверждается, что стороны договорились о возможной встрече лидеров стран Нормандского формата, а из московского варианта следует, что президент России на нормандскую встречу ехать пока не собирается.

Подтверждением такому факту является очень холодное отношение канцлера Германии Ангелы Меркель к встрече четырех президентов. Со своей стороны, французский лидер Эммануэль Макрон также ограничился словами поддержки Украины и возможной встрече в будущем. Оно и понятно. Зачем встречаться, если итог известен и достичь чего-то вразумительного в обозримый период просто невозможно.

Как отметил в московской «Независимой газете» один украинский политолог, «Это ритуальный призыв – встретиться в том переговорном формате, который существует. Ну, встретятся… Владимир Путин снова повторит, что Украине следует вступить в прямые переговоры с ДНР/ЛНР и предоставить республикам особый статус. Владимир Зеленский снова не согласится. Тупик?».

Если оставить в стороне чисто военные аспекты произошедшего, хотя к ним очень много вопросов, в том числе и к украинскому военному командованию всех уровней, то видны очевидные политические последствия. Они есть как в России, так и в Украине.

Во-первых. Киевская власть в очередной раз получила звонкую оплеуху от Москвы. Все разговоры о перемирии и прекращении обстрелов оказались разбитыми иллюзиями. В Первопрестольной не хотят никакого перемирия. Там хотят продолжать стрелять и вести с Украиной войну, пусть гибридную, на истощение.

Во-вторых. Киев в очередной раз поставили перед фактом, что никаких компромиссов Кремль не хочет. Возможна только капитуляция. Пока ее нет, огонь на линии соприкосновения будет продолжаться. Это долгосрочная российская политика, все остальное от лукавого.

В-третьих. Зеленский получил серьезный внутриполитический удар, так как его вынудили расписаться в том, что его политика достижения перемирия является продуктом недостаточного понимания сложившейся обстановки и недооценки истинных намерений Кремля относительно Украины.

Это должно либо заставить украинскую власть кардинально пересмотреть свою политику в отношении России, либо идти на капитуляцию. Последнее невозможно с учетом настроений украинского общества. Любая уступка России может вывести людей на улицу на третий Майдан.

В-четвертых. После провала на парламентских выборах промосковской «Оппозиционной платформы — За жизнь» (ОПЗЖ) срочно требовалось подыграть так называемой партии мира в Украине. Потери на линии фронта должны были усилить поддержку ее лидеров, добивающихся кардинального поворота украинской политики в сторону России. Одновременно Зеленскому и его партии в парламенте «Слуга народа» показывали, что не следует пренебрегать фракцией ОПЗЖ и предоставить ей руководство влиятельными комитетами Верховной рады, если пост вице-спикера отдавать ей категорически не хотят.

В-пятых. Не в последнюю очередь достигнутое перемирие было сорвано российскими гауляйтерами на Донбассе из-за внутренней ситуации в России. Как ни странно покажется на первый взгляд, но московские протесты и общее наступление властей на оппозицию означало и ужесточение внешнеполитической позиции. Неуступчивость внутри страны и закручивание гаек не могло соседствовать с компромиссом по Украине.

К тому же Путин не мог уступить на Донбассе, даже если бы и захотел. Открывать новый внутренний фронт на этот раз со стороны так называемых патриотов и откровенных шовинистов ему совсем не в масть. Наоборот, сейчас как никогда нужно демонстрировать твердость и несгибаемость во всем. От Москвы до Киева.

В-шестых. Расстрелянное российскими наймитами перемирие на Донбассе вызвало некоторую растерянность в Киеве в высших эшелонах власти. Это среди других также было целью Москвы. Идет процесс формирования высшего руководства страны, выработка реформаторских законопроектов и других существенных изменений. Как тут удержаться от соблазна усилить напряженность и попытаться хоть в чем-то дестабилизировать обстановку. Это вечная российская политика в отношении своих соседей ближних и дальних.

В-седьмых. Судя по всему, газопровод «Северный поток-2» к концу текущего года не будет построен. «Газпрому» предстоит договориться о транзите газа через украинскую газотранспортную систему (ГТС) на какой-то период. В Москве хотят продлить контракт на год, но Киев не согласен. «Нафтогаз» хочет долгосрочного соглашения на 10 лет с определенным объемом транзита и повышением его стоимости.

Здесь проблема не только транзита в Европу, но также в Молдову и Приднестровье. Газ на их территорию идет через украинскую ГТС. Молдова имеет возможность достроить газопровод Унгены-Яссы и получать газ через Румынию. В ближайшем будущем азербайджанский газ через Турцию и Болгарию. Во время своего визита в Киев премьер-министр Молдовы Майя Санду просила помощи в снабжении газом в случае прекращения поставок по ГТС. «Укртрансгаз» заявил о готовности снабжать соседей из украинских подземных газовых хранилищ.

С Приднестровьем все гораздо сложнее. Киев газом Тирасполь снабжать не намерен, а других возможностей, кроме существующего газопровода через ГТС нет. Не так много газа Приднестровье потребляет, но тут вопрос для Киева и Кишинева принципиальный и решать его должна Москва, что является дополнительным козырем «Нафтогаза».

В таких условиях военное давление должно подвигнуть Киев стать более уступчивым, хотя бы на газовых переговорах. Навряд ли это получится. На берегах Днепра как раз не хотят уступать. В том числе и в переговорах по транзиту.

Расстреляв хрупкий мир на Донбассе, Москва своих целей не добилась. Наоборот, в Украине усилилась партия военного противостояния. Так что стоит скоро ждать возобновления интенсивных обстрелов и, к сожалению, гибели людей.

| 2019-08-09T22:24:08+00:00 10 августа 2019, 10:10|1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд6 Звезда7 Звезда8 Звезда9 Звезда10 Звезда (Пока оценок нет) Загрузка...|