Одиночество, которое можно в любой момент прервать

Сегодня в Москве, в калягинском Et cetera — премьера спектакля «Утро туманное». Это — лирическая комедия о любви, молодости и старости: кто не любит, тот стар, кто не любил, никогда не был молод. Ее по своей пьесе и к своему 80-летию поставил Рустам Ибрагимбеков. В этот же вечер телеканал «Культура» покажет документальный фильм «Кочевник, похожий на льва». А газеты и сайты уже несколько дней публикуют интервью с выдающимся сценаристом, режиссером, писателем. Практически в каждом из них Ибрагимбеков с величайшей любовью вспоминает маму, брата, друзей и родной город на каспийском берегу. Как в балладе Евтушенко: «У нас в душе, як на сберкнижке, есть море, мама и братишки».

А в этом солнечном городе – в Баку сегодня не будет ни спектакля, ни фильма, ни интервью с юбиляром. Но не потому, что Баку разучился ценить истинное искусство, просто, другие времена, другие нравы. Все пройдет, только вместе со всем, проходит и жизнь. Поэтому я решил, хоть и для ограниченного круга (а нынче он и есть ограниченный), восполнить этот «пробел». Ничего хвалебного не напишу, нового не скажу, вот что сделаю: соберу и опубликую цитаты из последних интервью Ибрагимбекова, которые звучат как афоризмы. Они лучше всего передают мысли, чаяния, переживания великого автора, масштаб и истинное значение 80-летнего мастера, нашего современника и соотечественника.

«Вижу, как огромное количество талантливых людей так и не нашли себе достойного применения. Всякий раз, когда смотрю на лист бумаги, вспоминаю, сколько великих было до меня, сколько достойных теперь и сколько их еще будет. Но ни Толстой, ни Чехов, ни Шекспир не знали того, что знаю я. У меня есть свой маленький жизненный опыт, моя жизнь, которую могу описать только я. В огромную картину мира только я могу внести свой маленький фрагментик. Это мне помогает каждый раз преодолевать сомнения».

«Общение с друзьями, близкими по духу людьми, кому не надо ничего объяснять, потому что они живут примерно на том же жизненном материале, который связан с тобой, — это самое большое удовольствие из тех, что у меня остались».

«Единственное, чему я поклоняюсь, так это религии времени. Самое главное в нашей жизни — время. Немало людей его просто убивают, полагая, что есть что-то более важное».

«Мораль — это то, что принято в том сообществе, в котором ты живешь. А совесть от бога. Она выше тебя. Некоторые, так же как талантом, одарены совестью, а некоторые нет, и ведут себя сообразно своим представлениям. Моим ограничителем является только совесть».

«Все, что есть во мне и было в брате — любовь к чтению, восприятие, — все связано с мамой. Я от мамы научился понимать, что законы бывают справедливые и несправедливые. Но есть совесть».

«Все религии — аналог системы Станиславского, которая учит безбожного и малодуховного человека тому, как прийти к богу. Талантливому актеру система Станиславского не нужна. То, что передавал Станиславский, опираясь на свой актерский опыт, нужно для обучения того, в ком этого нет».

«Во всем и везде нужно находить меру. Человечество постепенно теряет эту способность».

«Люди искусства — макрофаги в теле человечества».

«Если раньше накопленного опыта хватало на всю жизнь, то теперь на первое место вышла способность воспринимать новую информацию. Опыт стал грузом. Он мешает, поскольку предполагает определенное мировоззрение».

«Без огня не прожить, а когда его много – пожар. Много воды – потоп, много еды – обжорство. А много интернета – информационная катастрофа, разрущающая одно из основных достижений человечества – право на приватную жизнь».

«Конфуций сказал: выбери себе профессию по душе — и ты никогда не будешь работать. Нам с братом повезло: мы делали только то, что нравилось, и нам за это еще и деньги платили».

«Патриотизм в больших количествах — это преступление против человечества».

«Бог — часть того большого, чем мы являемся. Почему он терпит несправедливость? Почему так много страшного творится в мире? Все потому, что он определяет законы существования высокого. Все остальное решает сам человек. Всевышний определяет дорогу. Тротуар уже выбираешь ты».

«Те, кто не умеет плавать, должны иметь возможность поплескаться у берега».

«Умение о сложном рассказать просто, но так, чтобы это не стало примитивным, требует мастерства. Я присутствовал на репетиции великого скрипача Павла Когана и великого композитора Кара Караева. Они разговаривали, как два мебельщика: тут выше, тут ниже, правее, левее. Они не произнесли ни одного высокого слова, а репетировали при этом выдающееся произведение — Второй скрипичный концерт Кара Караева».

«Мужчина должен уметь ограничить женщину сосудом, чтобы она в нем располагалась. Если этого не происходит, то женщина сама загоняет мужчину в бутылку. И подавляющее число мужчин живут в бутылке, портя этим женщин».

«По прошествии лет, людям свойственно находить что-то хорошее даже в самых страшных ситуациях, которые они когда-то пережили».

«Самая замечательная пропорция, это когда город состоит из 60-70 процентов коренного населения и 30-40 представителей других национальностей. Это как сплав металлов: если убрать из него небольшие добавки, он начинает терять свои качества. Я счастлив, что жил в Баку 60-х годов».

«Голос разума воспринимается как слабость».

«…ни одной религии канонически не придерживаюсь, но верю в Создателя. Все время возникают вопросы типа «А если он есть, почему столько несправедливости?» Гениально сказал Вольтер: «Бог — это капитан, который ведет наш корабль к неведомым берегам, и какое ему дело до крыс в трюме…»

«Навигатор вам может указать путь, но не может избавить от аварии».

«От чего могу заплакать? От непонимания. Когда я пытаюсь что-то объяснить, а меня не понимают или понимают превратно, это вызывает такое чувство беспомощности и обиды, что я могу не сдержать слез. Понимаете, плакать и пустить слезу — это разные вещи. Я пускаю слезу время от времени на хорошей картине, слушая хорошую музыку. А плач — это когда плачет душа».

«Мы страшные существа, очень живучие. Помогает жить, что есть еще дети. Это как костыли, на которые можешь опираться».

«Деньги — отчеканенная свобода».

«Я в свое время придумал теорию маятника, если ты в самом низу, ты максимально свободен, но ты на дне жизни. Если ты на самом верху, ты выше всех, но лишен свободы. Самая великая мудрость подняться немножко по этому маятнику. Подняться ровно настолько, чтобы ты не испытывал чувства унижения, чтобы тебя не обвиняли в беспомощности. Подняться ровно на этот уровень и дальше не двигаться. Сочетание свободы и достойного уровня существования. Я всю жизнь так и живу».

«Жизнь каждого из нас рано или поздно терпит поражение от смерти. И невольно возникает вопрос: можно ли сделать это поражение более-менее успешным? Если, конечно, существует какой-то объективный способ оценки этой успешности».

«Восьмидесятилетие не так страшно, если нравишься не только себе… старость – привилегия,  доступная не каждому, и надо уметь ею пользоваться…

«Мне 80 лет, и меня никто не предавал».

«Люблю одиночество, которое можно в любой момент прервать».

Как бы не любил одиночество Рустам Ибрагимбеков, там, где он появляется, центр событий перемещается, жизнь начинает бурлить вокруг него. Из врезавшихся в память событий детства Ибрагимбеков рассказывает эпизод: «В голодные военные времена мама собирала моих друзей, умудрялась испечь торт «Наполеон» с заварным кремом, приготовить фруктовый глинтвейн. А я в это время ходил в школу в сандалиях с оторванными подошвами и собственноручно прикручивал их медной проволокой. Так что день рождения — это святое, и сохранилось во мне от мамы».

С днем рождения со вкусом заварного крема и фруктового глинтвейна, дорогой мастер!

| 2019-02-05T13:33:11+00:00 5 февраля 2019, 13:43|1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд6 Звезда7 Звезда8 Звезда9 Звезда10 Звезда (34 оценок, среднее: 8,79 из 10) Загрузка...|