Две свиньи и мешок риса или как азербайджанский альпинист «откупился» от диких племен Папуа

Продолжая свой путь к высочайшим вершинам, известный азербайджанский альпинист Вадим Вокрячко побывал в Австралии и Океании.

В интервью # он делится самыми интересными, невероятными и шокирующими подробностями:

Вы только что возвратились из другого конца Земли, и это было ваше очередное путешествие в рамках программы «Семь вершин». Какие впечатления?

— Впечатлений по возвращению из поездки в далекие и весьма экзотические страны, конечно, много. Было, к сожалению, и трагическое событие на горе, напомнившее всем, что от случайностей, особенно в горах, не страхует никакой опыт.

Была и радость жизни от короткого визита на «Остров Богов» — Бали, где не сразу привыкаешь, что пальмы, песок и бирюзовое море это не образцовые картинки для заставок на рабочий стол компьютера, а вполне реальные пляжи, куда можно дойти пешком или доехать на арендованном скутере, или же  доплыть на одной из многочисленных прогулочных лодок.

Были и удивительные, где-то даже шокирующие открытия, сделанные во время посещения нескольких племен папуасов.

В почти трехнедельное путешествие вошло, также, довольно близкое знакомство с австралийской фауной, так хорошо знакомой из книг, фильмов и журналов, но все еще такой удивительной, необычной и своеобразной.

Несомненно, вам есть что рассказать читателям, тем более что вы стали первым альпинистом в Азербайджане, покорившим вершину Джая…

— Да, это стало ясно, когда во время неспешного послеобеденного разговора, через несколько дней после покорения вершины, члены нашей команды стали обсуждать географию, общемировые проблемы, способы вязания узлов и статистику.

Конечно, после проведенной проверки, этот факт стал предметом моей гордости, стимулом для дальнейших восхождений и поводом рассказать о нем друзьям, знакомым и всем тем, кто рад услышать о достижениях азербайджанского спорта.

Расскажите об этой горе…

— Пирамида Карстенз или как ее называют индонезийцы Пунчак Джайя – высочайшая вершина(4884 м) острова Новая Гвинея, относящаяся к материковой части Австралии.

Изначально от континента Австралии в проект «7 Вершин» входил, известный нам по школьной программе географии, пик Косцюшко (2228 м).

Однако эта гора, заметно выделяется среди остальных, входящих в проект своей экстремально легкой «проходимостью». Это, в основном, горнолыжный курорт, где от точки, куда вас поднимет подъемник, до вершины проложена 7-ми километровая тропа, почти на всей протяженности состоящая либо из металлического помоста, либо каменной брусчатки, либо прорезиненного покрытия.

Путь на вершину этой горы сложно назвать покорением. Возможно, именно поэтому с некоторых пор в проекте «7 Вершин» решено рассматривать Австралию в более широком контексте – как материк, что позволило включить именно пирамиду Карстенз в список высочайших гор континентов.

И хотя оба варианта списка признаются равноправными, существуют, все-таки, некоторые разногласия между их сторонниками.

Я решил не вступать в споры и посвятил несколько дней после завершения программы в Новой Гвинее поездке в Австралию и «покорил» также и пик Косцюшко.

Но даже такая простейшая гора внесла определенный элемент приключения, когда в условиях плотного тумана я неверно понял указатель и свернул с тропы, а когда попробовал «срезать», то почти потерял ориентацию в пространстве.

Около часа, пользуясь указаниями компаса, я шел в тумане в направлении вершины по явно нехоженой местности, пока не вышел на обустроенную тропу и уже без приключений добрался до вершины.

В отличие от Косцюшко, Карстенз считается одним из труднейших восхождений с самым высоким техническим  рейтингом. Насколько вы ощутили это на собственном примере?

— Когда слушал или читал рассказы знакомых о прохождении горы, смотрел фото и видео отчеты, то создавалось впечатление, что мне предстоит легкий, веселый и  приятный короткий выход, возможно, лишь чуть тяжелее однодневного похода с рюкзаком за плечами.

Изредка проскальзывавшие фразы о тяжелой работе на веревках, или нескольких «реально страшных» местах, воспринимались либо как некое кокетство, либо как некоторое драматическое преувеличение.

В реальности это было многочасовое восхождение по почти отвесным участкам, по узким вертикальным расщелинам шириной в полтора — два метра, по каменистому гребню, где по обе стороны пропасть, дно которой не видно в тумане, переход на пропастью по протянутому канату и короткие «маневры» между  отвесными скалами, когда нужно сделать несколько шагов, не обращая внимание на теряющуюся в тумане  бездну под ногами.  Вот когда вовсю работает знакомое с детства – «Не смотри вниз!»

Правда ли что доступ к горе требует специального правительственного разрешения?

— Да, восхождение на большинство гор, так или иначе, связано с получением разрешения местных властей, и горы часто служат естественной границей между странами и регионами. И  как любая граница, горы часто являются неспокойным местом.

На подступах к пирамиде Карстенз действуют вооруженные партизаны, так что единственным безопасным способом попасть в базовый лагерь является заброска вертолетом.

Что было самым сложным моментом на пути к цели?    

— В первый день пребывания нашей команды в базовом лагере от случайно сорвавшегося камня трагически погиб один из опытнейших местных горных гидов. Все находившиеся в лагере альпинисты и гиды были потрясены и подавлены трагедией и были готовы отказаться от восхождения.  Даже зная и принимая факт, что горы часто забирают жизни, сталкиваясь близко  с подобной трагедией очень тяжело ее осознать, выбрать должные и правильные действия. Мы все же решили, что правильнее будет, отдавая дань уважения погибшему, продолжить восхождение.

А самым запомнившимся?

— Почти 200 метров спуска в водопаде. К моменту спуска с горы усилился дождь, мелкие ручьи собрались в потоки, и тут стало ясно, что те узкие вертикальные расщелины, по которым мы поднимались, на самом деле являются руслами, по которым вода сходит с гор после дождя.

Веревки провешены именно по ним, так что выбрать более сухой участок для спуска не было никакой возможности. Очень торопились, опасаясь возможного ухудшения погоды и чтобы потоки воды не стали непроходимо мощными.

В Азербайджане вы уже установили рекорд, покорив почти все высочайшие точки мира: Эльбрус, Килиманджаро, Монблан, Винсон. Наверняка все это в корне изменило вашу жизнь…

— На самом деле, первым уроженцем Азербайджана, выполнившим программу «7 Вершин», является Исрафил Ашурлы. Ему также принадлежат и другие многочисленные достижения и рекорды в области альпинизма.

Мне пока принадлежит только одно скромное достижение – стать первым гражданином Азербайджана на вершине высочайшей горы австралийского материка.

Что касается влияния гор на мою жизнь, то, я, пожалуй, не могу разделить ее на «до» и «после». Сколько себя помню, горы всегда вызывали у меня особый трепет и восхищение, просто теперь некоторые из них стали гораздо ближе.

Эверест. Для вас это мечта или новая цель?

— Сейчас это для меня это стало той мечтой, к которой есть ясный путь, по которому я уже сделал несколько шагов и знаю, какие шаги сделаю следующими.

В апреле — мае 2019 года я вместе с командой клуба «7 Вершин» отправляюсь в экспедицию на главную вершину мира. Как раз сейчас веду переговоры с иностранными спонсорами, у которых, очевидно есть интерес представить свою продукцию на крыше мира.

Учитывая всю сложность этого восхождения, готовы будете возвращаться на Эверест, если не получится взойти с первой попытки?

— Я серьезно готовлюсь к этой экспедиции, представляю возможные сложности и испытания, знаю, что такое идти через «не могу» и как выкладываться «по полной».

Я готов рисковать и идти до конца, но лишь в той мере, пока это позволяет мне вернуться к семье живым и здоровым. Чтобы попытаться еще раз и еще, и еще, если потребуется.

Горы, перелеты на другие континенты… Как проходит адаптация по возвращении домой?

— Теперь уже буднично и привычно. Пару недель бодрствования по ночам и дневной борьбы со сном.

Если говорить о выражении «По зову сердца», то куда вы готовы отправиться в следующий раз и когда?

Сейчас все мысли и планы только об Эвересте.

Вопрос о папуасах я специально приберегла на «десерт»…

— После спуска с пирамиды Карстенз, когда все формальности и обязательства перед спонсорами были выполнены, у нашей команды появилась возможность поближе познакомиться с жизнью и бытом коренного населения Папуа.

Наверное, многим приходилось бывать в различных частях мира на представлениях в «этнических» деревнях. Обычно это более или менее хорошо поставленные и отрепетированные национальные танцы и песни, в соответствующих костюмах, на специально сооруженной сцене либо на расчищенной площадке на фоне традиционных для данного региона деревенских построек.

Исполнители — это обычно жители близлежащих городов или деревень, специально для представления прибывающие, часто на собственном транспорте и ко времени посещения туристами переодевающиеся в традиционные костюмы только на время представления.

В Папуа все было не так. На острове, помимо городского населения, есть до 2000 мелких с населением 20-100 человек папуасских деревень, население которых исключительно мало контактирует с цивилизацией и живет в полном смысле этого слова первобытном обществе.

Практически каждая деревня имеет свой, малопонятный даже соседям диалект, не имеет письменности и не ведет счет времени. Учет населения никто не ведет и не пытается, жители таких деревень не имеют паспортов и не стремятся как-то изменить свой уклад жизни.

Благоприятный экваториальный климат позволяет им счастливо жить, занимаясь исключительно натуральным хозяйством. Нет необходимости даже делать запасы – с грядок собирается только то, что необходимо для сегодняшней трапезы.

Самая популярная «валюта», действующая в племенах – свиньи местной породы, хотя племена, живущие в относительной близости от городов, не против иногда получать и привычные нам деньги.

Климат делает ношение какой-либо одежды ненужным, разве что женщины носят импровизированные юбки, а мужчины только очень примечательный аналог нижнему белью, который папуасы называют «холим», а индонезийцы «котекой», служащий только для защиты гениталий от повреждений ветками при ходьбе по лесу. Иногда этот предмет гардероба используется для переноса каких-либо необходимых в быту мелочей.

Копья и стрелы – то чем пользуются папуасские мужчины для охоты и войны. С межплеменными войнами связана одна из самых шокирующих традиций Папуа.

Традиционные верования предписывают съесть убитого врага, чтобы избежать нападения его духа, да и просто, случайно погибший соплеменник может стать источником пищи. Случаи каннибализма регулярно фиксируются на острове, а с учетом того, что значительная часть населения живет в труднодоступной местности и крайне редко контактируют с властями, о масштабах этого явления остается только догадываться.

И зная об этом, вы все равно решили рискнуть?!

— Вооруженные такими сведениями, полученными от наших местных гидов, мы отправились в гости к одному их таких племен.

Племя, куда мы приехали, полностью сохранило традиционный уклад жизни, однако близость к городу и дороге позволило получать дополнительный доход от визитов туристов.

Вождь племени —  Папа Яли может объясняться на английском и уже несколько лет принимает туристов, развлекая их представлением, когда внезапно, на идущих по тропе туристов нападают с луками и стрелами обнаженные воины племени в боевой раскраске, сотрясая воздух воинственными криками вах-вах!

Мы стали свидетелями битвы двух группировок, в результате которой «убили», как минимум одного воина, а нас все-таки пустили внутрь деревни, после вручения вождю заверений  наших добрых намерений — две свиньи и мешок риса!

Что представляет собой жилье папуасов?

— Деревня представляет собой огороженный участок леса, приблизительно 50 на 20 метров, с мужскими хижинами по правую руку, женскими по левую, и хижиной вождя в середине.

Хижины двухэтажные, на первом этаже место для костра, наверху место для сна, этажи высотой 100-120 сантиметров. Это практически полное описание этих жилищ!

Мебель, электричество, водопровод, канализация – без всего это жители племени счастливо обходятся.

Папуасы оказались гостеприимными?

— Для нас устроили праздничную трапезу: забили и освежевали поросенка и продемонстрировали традиционный способ его приготовления.

В заранее приготовленную яму укладывают слой раскаленных на костре камней, на него слой листьев, а на него укладывают мясо. Затем опять слой листьев и раскаленных камней.

Огонь для костра получили, конечно, не спичками, а традиционным трением. Пока готовилось это угощение, появилась возможность поближе познакомиться с жителями деревни и приобрести традиционные папуасские украшения.

Мы заметили, что у одной из женщин племени искалечена кисть руки и осторожно поинтересовались, какой же несчастный случай стал этому причиной.

Выяснилось, что по традиции племени, если у женщины умирает муж, она, в знак траура, отрезает себе один палец.  У этой женщины не было четырех пальцев.

Между делом, мы поинтересовались возрастом вождя и долго не могли понять его ответ. И только обратившись за помощью к гиду, выяснили, что у папуасов не существует понятия возраста. Кроме того, они не представляют точное количество чего-либо, если его значительно больше, чем пальцев на руке.

В голове не укладывается… 

— Но и это было еще не все. Запомнился также торжественный вынос почти двухсотлетней мумии одного из бывших вождей.

Оказалось, что в папуасских племенах нередко имеются  свои специалисты по изготовлению мумий особо уважаемых предков. Их изготавливают специальным копчением умершего, и процесс этот иногда длится в течение целого года.

К мумии относятся со всем уважением и относятся практически как к живому, делая частью многих торжественных и важных обрядов и церемоний.

 

 

1 720 просмотров
| 2018-11-20T14:00:47+00:00 20 ноября 2018, 16:45|1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд6 Звезда7 Звезда8 Звезда9 Звезда10 Звезда (8 оценок, среднее: 9,88 из 10) Загрузка...|